Вышел, ходит чего-то около её Семёрки.
Несколько минут и... девочки пересаживаются из маминых Жигулей в иномарку дяди. Саша с удовольствием бежит быстрее остальных к красивой машине, поскользнулась, но устояла на ногах. Фаина плелась последней за всеми, и несколько раз обернулась и подняла голову на окна бабушкиной квартиры.
- Какая молодая женщина устоит перед таким шиком?
- Ты о чём, Нина? - не понял её супруг.
- Вот и Таисия повелась на блеск дорого автомобиля. Ещё чуть-чуть и девочек мы будем видеть раз в полгода с письменного разрешения. Он начнёт мстить нам через них.
- А нам-то за что?
Нина Андреевна, до этого расстроенная, разбитая, резко обернулась и пристально посмотрела на мужа. Он поморщил нос, покачал головой и ушёл в другую комнату, чтобы не поругаться с женой из-за непутёвого сына.

продолжение следует___________

Иван в городе. Проезжает мимо, ходит где-то рядом, и одно только это внесло раздор в такую крепкую семью. Родители не ждали от него ничего хорошего, а Таисия всматривалась в прохожих на тротуарах. Поглядывала на припаркованные или проезжающие мимо неё дорогие автомобили, когда ехала на работу или с работы. Оглядывалась сто раз, оставляя машину во дворе. Она хотела бы ещё раз увидеть Ивана, сама не понимая зачем? И одновременно боялась этой встречи.
И её не так волновало второе, как то, почему она ищет его глазами среди прохожих, ждёт случайной встречи. Снова прогнать его? Услышать его версию? Докопаться до истины, что с ним не так? Нет! Она просто хотела его видеть, и это пугало Таисию гораздо больше, чем всё, что о нём говорили, запугивая её.
***
- Таисия, здравствуй! - Иван бежал за ней через дорогу, догнал у самых ворот в детский сад. Она приехала за Александрой. - Надо было ваш телефон взять или... - он обмахивал себя полой стильной дорогой кожаной куртки. Ворот тёмной водолазки подступал прямо к подбородку - ему жарко, хотя на улице срывался снег. Он протянул Таисии три билета.
- Что это?
- Билеты. Да бери же! Ты их уже не достанешь нигде. Московская труппа приезжает с самым новым, необыкновенным шоу для детей. Мне билеты просто так достались, не выкидывать же, - усмехнулся он.
Таисия осторожно взяла у него из рук три билета.
- Девочкам привет от дяди! - подмигнул он. - Пока!
Так же быстро и неожиданно, как и появился, он исчез на той же машине, только грязной от городского мокрого снега на дорогах. Таисия, взглянув на билеты, усомнилась в их подлинности и сунула в карман. Там они и остались у неё.

На представление мама с дочками не попали, Фаина приболела, а просить бабушку и дедушку сходить с Александрой Таисии очень не хотелось. Пришлось бы объяснять, откуда билеты, а может, и нет. И так часто видеть их, как раньше Таисия не в силах пока. Не хотела ощущать на себе беглых вопросительных взглядов свекрови: он снова приезжал? Он здесь? Ты его видела?
Иван объявился перед новогодними праздниками. На этот раз нормально, как сын и взрослый человек. С пакетами подарков для всех для отца, для матери, для племянниц, для Таисии, конечно же. Он сделал вид, что очень удивлён, как так? И они здесь! Но он знал. Иначе не поглядывал бы так на Таисию, не подмигивала Саше.
Отец и Нина разговаривали с ним сквозь зубы, больше слушали. При девочках никто не хотел устраивать семейную ссору, хотя Иван усиленно провоцировал родных своими ужимками и насмешками, новой историей, что он теперь начальник, а не бездельник. Ему непременно надо было поддерживать статус плохиша в этой семье, его это забавляло.
Фаина сразу уловила тонкие нехорошие вибрации в воздухе, подошла и прижалась к бабушке Нине. Саша, как и положено ребёнку, зная уже, что это их дядя, подошла к нему, взяла свой подарок. Остальные пакеты Ивану пришлось оставить на столе, уходя, никто не хотел принимать от него что-либо.
- И снова мне тут не рады! - посмотрел он на отца. - Ладно, не буду портить праздник. С Наступающим, - он приложил руку к голове и собрался уходить.
- Игорь, - Нина Андреевна легонько толкнула мужа локтем. Таисия решила, что она хочет задержать Ивана, пообщаться нормально, но нет.
Игорь Петрович пошёл проводить сына, а заодно узнать: надолго ли он в городе, чем действительно занимается и скоро ли уедет?
- Мы тоже поедем, - заторопилась Таисия и попросила девочек собираться.
- Мам, но мы только приехали, - капризничала Саша.
- Нам с тобой ещё в магазин надо, платье для завтрашнего утренника купить, - напомнила ей мама.
Все ушли, бабушка Нина осталась одна в квартире и в гостиной.
И опять виноват Иван! Стоит ему только появиться...
Нина Андреевна наблюдала через окно, как сел в свою машину сначала Иван. Игорь вернулся домой, дверь в прихожей хлопнула, значит, уже проводил девочек. Вот и Таисия с ними выходит из подъезда, - не отходила от окна Нина Андреевна. Иван не уезжает, его машина стоит. Таисия не торопится за руль, хотя девочки давно сидели в машине.

Потом свекровь начала перечислять приключения и злоключения Ивана уже будучи взрослым мужчиной. Как от него хотел отказаться отец, но она настояла. И по поводу второй квартиры она уговорила мужа и об Иване позаботиться, он ведь его сын. Позже Иван и эту квартиру то ли проиграл, то ли отписал кому-то за долги. Его заставили! Родителям он так и сказал: угрозами его вынудили подписать документы.
Нина Андреевна говорила много об Иване и почти ничего хорошего, только вначале. Таисия начала сомневаться, в голове не укладывалось, как мог всё это делать один человек, к которому всей душой, забросив собственного ребёнка. А мачеха быть настолько хорошей. И квартиру она уговорила мужа купить первому сыну, из передряг вытаскивала, прикрывала, грудью вставала защищая пасынка.
Нина Андреевна не успела сказать главного, из-за чего она и решилась на откровенный разговор, позвал муж - им пора домой.
Внучки просились к бабушке с дедушкой, Таисия впервые без видимых причин не пустила детей. Нина Андреевна, нахмурившись, вышла первой из квартиры, Игорь Петрович смаковал осадочек от поездки к своим целый день и не разговаривал с женой.

- Таисия, я вышла за Игоря, Ивану было всего три или четыре. Игорь не занимался им, забросил, забывал забирать из детского сада, мог оставить дома одного, а сам уезжал на работу. Сын ему мешал, напоминал о первой жене, о её кончине. Игорь с трудом выживал от горя, а тут маленький сын. Его чуть не лишили прав на Ивана, - Нина смотрела в сторону, она тоже собралась всё рассказать как было. - Иван с детства был красивым мальчишкой - весь в мать. Но её смерть... - она вздохнула.
- Сначала это была своего рода жалость, я больше потянулась к ребёнку, чем к Игорю, а ему было без разницы, лишь бы присматривали за сыном. Но потом... Игорь начал приходить в себя и у нас... вскоре родился и Рома, - она опустила голову и уставилась на свои руки. - Я так старалась, я так хотела заменить ему мать, я не разделяла детей, любила одинаково. Я слишком старалась.
- Мам, вы всё правильно делали, - Таисия попыталась взять её за руку, но не смогла.
- И он рос таким славным мальчишкой, - грустно улыбалась Нина Андреевна, - у него столько было девочек в старших классах, если бы ты знала, - ещё нежнее улыбалась свекровь. - Он нравился всем! Но учился так себе, в средних классах забросил уроки, еле дотянул до окончания школы. А Рома... - с сожалением вздохнула Нина, и её плечи опустились. - Он старался изо всех сил быть лучшим, а я...
- Он не старался, он таким был. Самым лучшим, самым добрым, самым смелым и любящим.
- Да, да... Рома такой. Ещё в старших классах Иван узнал про наследство от покойной матери. Там квартира была, Волга.
- Ого! В то время.
- Она работала судьёй, Иван был поздним и единственным ребёнком.
- Вы её знали?
- Немного. Больше со слов других, я пришла работать, когда её уже не стало, но это не важно. Иван стал жадно дожидаться своего 18-летия. Наследства. Уже в 8-м классе начал чудить: играть на деньги, прижимать и вымогать деньги у одноклассников послабее. Связался с сомнительными ребятами во дворе, тогда много было таких компаний. Почти каждый день после работы я бегала и искала его по подворотням и подвалам. Но Иван делал назло, как будто мстил нам за что-то, ревновал к Роме, и мы решили...
К моменту вступления в права наследника у него уже было много долгов (мы даже не знали), внушительный список приводов к школьному руководству, и в милицию. А сколько раз мы с Игорем договаривались с другими родителями, денег давали, ещё что-то обещали. Рассказывали про детскую травму Ивана, взывая к жалости, возвращали то, что он отнимал у ребят. Только бы на него не писали жалобы. Мы же не знали...
- Чего вы не знали?
- У Ивана был дядя, и сейчас, наверное, и сейчас есть. Для них Игорь бы никто - он простой водитель и слесарь в гараже, а там сестра - судья, брат... В общем, дядя Ивана был зам. начальника в нашем городе... - Нина Андреевна закашлялась. - Вот он и рассказал про завещание матери 14-летнему Ивану, он внушал ему жёсткие правила выживания на улице. Он учил его жаргону, гоп-стопу, знакомил с сомнительными взрослыми дядьками, он вроде как делал из него мужика.
- Он настроил его против вас?
- Возможно, - пожала плечами Нина, - дядя исчез, когда Иван остался без квартиры, без машины. Боже, какое это было трудное время. Иван обозлился на всех! А к нам стали приезжать разные люди, его искали, нам угрожали. Чего только не было. Иван в очередной раз сбежал. Я искала его, мне было страшно за него. А он появлялся, как ни в чём не бывало, следом за ним проблемы, воровство, вымогательство. А сколько раз Игорь срывался на него, а я защищала Ивана, грудью вставала между ними - у него детская травма, он потерял мать.
Даже когда он подставил Рому и ему грозил учёт, он тогда оканчивал школу, я встала на сторону Ивана, - Нина Андреевна прилепилась подбородком к шее, опустив голову. - Мол, Рома сам должен был думать головой, а не идти на поводу и слушаться брата. Он умнее, а у Ивана... Я опять его жалела и верила, внушала себе - это детская травма.

А я буду его любить_7

Дедушка слушал внучек в гостиной. Девочки наперебой тараторили, что же у них нового случилось за эти две недели. Естественно, у Александры было больше событий в детском саду, чем у старшей сестры в школе. Фаина была скромнее, и когда очередь доходила до неё делиться впечатлениями, сестрица постоянно её перебивала.
- А ещё мы с мамой ходили в кино. А в четверг... Мам, - Саша обернулась на маму, она стояла у окна, смотрела куда-то вдаль через прозрачный тюль. - Мам, где мы были в четверг? Скажи.
- Студия современного танца.
- Мама будет водить меня на танцы!
Бабушка Нина сухо улыбнулась, глядя, примерно туда же, куда и сноха - в никуда.
- А как же работа? Ты так занята была в последнее время...
- Нина! - вновь одёрнул её муж. - Значит, успевает, если решили так.
Нина Андреевна вздохнула и замолчала.
- Мы точно ещё не решили...
- Ну, мам! Ты же говорила, - начала канючить Саша.
- Кто-нибудь будет чай? - отойдя от окна, наконец, спросила Таисия.
Все промолчали.
- Пойду, поставлю чайник, - улыбнулась всем в ответ Таисия и с улыбкой вышла из комнаты.
Впервые ей было не по себе в присутствии свёкров. Впервые она подумала, словила себя на мысли, что не обязана оправдываться перед свекровью. Не перед кем!
Таисия поставила чайник, начала доставать чашки, блюдца, сладости, варенье с маминой дачи. В этом году и она что-то помогала Нине Андреевне, чему-то даже научилась. Тая ощутила спиной, как вошла свекровь на кухню. Она не сразу обернулась, делая вид, что очень занята. Нина Андреевна тихо присела за стол.
- Мам, вам чай или кофе? - не оборачиваясь, спросила Тая.
- Чем угостишь, тому и рады.
- У меня есть прекрасный зелёный чай с жасмином, попробуете? - Тая повернулась к ней, держа пачку чая в руках.
- В пакетиках? - возмутилась было свекровь, но тут же поправилась. - Почему бы и нет? Такой я никогда не пробовала.
Таисия натужно улыбнулась и снова повернулась к ней спиной.
Через пару минут она поставила две кружки с чаем на стол, одну перед мамой, вторую на пустое место. Поднос со сладостями и тремя чашками чая отнесла в гостиную. Вернулась, закрыла за собой дверь и присела к столу поближе к двери. На кухне сразу стало тихо, только холодильник немного шумел работая.
Обе женщины отодвинули от себя кружки с чаем, они не за этим сюда пришли.
- Мам... - хотела начать Таисия.
- Тая, - тут же остановила её свекровь, - Таисия, я хочу, чтобы ты понимала, мои внучки...
- Я всё понимаю, он вам неродной...
- Нет! Нет же! Тая! У тебя дочери, думай о них прежде всего. Иван - неплохой человек, но он... - прикусив губу, продолжала Нина, - он... не всегда может остановиться вовремя. У него такие дружки и знакомые... он может навредить и столько бед принести за собой. Осознанно или нет - это не важно.
- Мам, Рома никогда...
- Таисия, у тебя девочки!
- Ну хватит!
Свекровь прикрыла глаза и вздрогнула.
- Вы постоянно мне напоминаете об этом, как будто я не знаю. Я видела его всего три раза...
- Три?! - испуганно удивилась Нина Андреевна.
- Да! Он был здесь три раза, - решила сказать всё сразу Таисия и уже пожалела об этом. Как она расскажет, что возила его среди ночи на их дачу, пряча то ли от бандитов, то ли от вымогателей.
- Значит, он решил...
- Я не знаю, что он решил, - схватилась за голову Тая, - он просто хотел повидать племянниц.
- Девочек?
- Мам, пожалуйста, не надо так, - умоляла её Таисия, - Иван с добрыми намерениями. У меня машину увезли на эвакуаторе - он помог, ещё и техосмотр ей сделал. Он был на линейке 1-го...
- Был? - Нина Андреевна будто теряла силы и оплывала, с каждым признанием невестки.
- Да, он не хотел с вами ругаться, поэтому держался в стороне до последнего.
- Разумеется.
- Мам, он не собирается нас сталкивать! Он хочет иногда видеть девочек, я так поняла, а его отовсюду гонят, как крысу заразную.
Нина Андреевна сверкнула на неё глазами, полными решимости.

- Нина! Мы приехали к девочкам, остальное потом, - ответил ей супруг и пошёл на кухню к невестке. Присесть хотелось и выпить пару глотков прохладной воды.

продолжение ____________

Первого сентября они не поехали больше к бабушке с дедушкой. Дождались Фаину и провели этот день только втроём. Были в парке аттракционов, стреляли в тире, в планетарий забрели. Вечером гуляли по центру города, катались на трамвае. День был настолько насыщенным, девочки так устали, Александра совсем забыла про какого-то там дядю Ваню, новую куклу. Поздно вечером, когда мама отправила их спать, Фаина стала хвастаться перед сестрой своим подарком.
- А знаешь, знаешь, кто мне её подарил?
Фаина сонно смотрела на сестру. Конечно, дедушка купил, кто же ещё?
- Дядя Ваня!
- Кто?
- Дядя Ваня. Наш дядя, самый настоящий. Мы встретили его в подъезде, мама с ним ругалась и прогоняла.
- Тогда зачем ты взяла у него куклу?
- Мама сама разрешила.
- Опять ты выдумываешь? Нет у нас никакого дяди! Тётя Вика есть, бабушка Нина, бабушка Таня, другая тётя, которая далеко живёт и болеет, она нам присылает открытки на Новый год.
- А я говорю есть! Мама сама подтвердила.
Девочки уже не шептались в детской, а громко ссорились. Мама заглянула к ним и строго попросила ложиться спать, завтра в садик и в школу. Дети быстро уснули, денёк и впрямь получился незабываемым, фееричным. На следующий день в суматохе утренних сборов никто и не вспомнил, про выдуманного дядю Ваню.
В выходные ездили к бабушке Тане - маминой маме. Дедушка там не такой добряк, играть в детские игры не любит, говорит, забыл, как это. Но подарки и сладости - это по его части.
Не дождались внучек и невестку дедушка Игорь с бабушкой, с трудом выдержали две недели разлуки и сами приехали к ним. Повидать, позвать девочек к себе на выходные, узнать, всё ли в порядке.
- А к нам дядя Иван приезжал! - выпалила Фаина с ходу, только бабушка переступила порог их квартиры.
Нина Андреевна остолбенела. Её муж ещё не в курсе, что там, он просто просил жену пройти вперёд, пытаясь тоже войти.
- Нин, ты чего встала? Проходи.
- Игорь, - повернулась к нему жена, - Игорь, ты слышал? Иван здесь, - медленно моргая, облокотившись о стену, будто боялась упасть, сказала Нина. - Тая, это правда? - посмотрела она на невестку.
- Да.
- Игорь, мне дурно, - стала обмахивать себя рукой Нина Андреевна.
Игорь Петрович нахмурился, у него даже бугорки проступили на висках. Вошёл в квартиру, втолкнув собою и жену. Присел, чтобы разуться и тихо сказал, уставившись в пол.
- Ну и что?
- Как что?! Как что Игорь? Ты понимаешь...
- Таисия, когда он у вас был? Один? С дружками? С очередной бабой? Он что-то просил? Вымогал? Угрожал? Нет! - улыбалась как психическая Нина Андреевна, - он рассказал тебе самую жалостливую сказку на земле... Про друга без ног, или детдомовскую девочку, которую все обманули и она живёт в подвале.
- Нина, прекрати, - тихо просил её муж.
Но она завелась, речь её стала невероятно быстрой, губы мелко дрожали, взгляд не мог остановиться ни на одной точке в прихожей - у неё почти паника.
- Нина, хватит! Тут дети.
- Пусть знают... - продолжала она перечислять возможные причины визита Ивана к ним.
- Нина! - крикнул Игорь Петрович, резко встал и схватился за сердце.
- Вот видишь, он только появился, а у тебя уже с сердцем плохо.
- Мам... - помогая свёкру, Тая пыталась вежливо попросить её замолчать.
- Нет, бабушка! Он добрый! - Саша принесла из детской куклу и показывала всем. - Он подарил мне куклу и сказал, что хочет нас видеть и общаться.
Нина Андреевна посмотрела на невестку, как на клятвопреступницу. Таисия не согнулась под напором свекрови, не отвела взгляда. Наоборот, выпрямилась и смотрела на неё в упор, поддерживая свёкра другой рукой.
Внучки, не понимая, что происходит, тихонечко перешли на сторону бабушки, встали рядом с ней по обе стороны. Таисия и Игорь Петрович стояли напротив по центру прихожей. Семья разделилась надвое, но что будет маленький спор или война решат только взрослые, если договорятся.
- Игорь, поехали домой! - привычно скомандовала Нина Андреевна.
- Мам, но ему плохо.
- Дома полегчает.

- Добрый день! - Иван вырулил из тёмного угла в подъезде, когда мама с дочкой сделали первые шаги по лестнице на свой этаж. Мужчина в тёмных очках держал перед собой коробку с куклой. Очень дорогой куклой, которую рекламируют сейчас по телевизору. Девочка, будто её магнитом потянуло, подалась к нему, даже на одну ступень ниже шагнула.

- Саша! - остановила её мама. И девочка вернулась к ней, вспомнив, как учили не разговаривать с незнакомыми дядями.

- Таисия, я ничего такого, - положив руку на сердце, сказал Иван, протягивая ребёнку куклу.

- Тогда зачем приехал? Теперь сюда!

Девочка смотрела на маму, спрашивая: что это за дядя? Ты его знаешь?

- Иван, ты перевернул всю нашу жизнь вверх тормашками!

- Вашу? Дети и не знают меня, - он посмотрел на Сашу, подошёл и протянул ей куклу. Она не взяла, прижалась сильнее к маме.

- Мама, кто это? - напугано спрашивал ребёнок.

- Меня зовут Иван, - нагнулся к племяннице дядя, -я - ваш дядя.

Саша подняла глаза на маму.

- Мам, это наш дядя?

Мама кивнула.

- У нас есть дядя?

- Да, - кусая губы, сказала Таисия.

Иван протягивал куклу девочке. Саша вот-вот возьмёт её, руки сами тянутся, кукла модная, в платье принцессы и дополнительным комплектом одежды. Девочка посмотрела на маму, Таисия кинула ей, разрешая принять подарок. Саша выхватила коробку и спряталась за мамой. Иван выпрямился, глядя на Таисию.

- Ещё раз поздравляю.

- Спасибо.

- Теперь время полетит...

- Иван! Зачем ты нас преследуешь?

- Я не преследую, я просто хочу видеть, хочу, чтобы девочки знали меня.

- Теперь знают, уезжай! Пожалуйста.

Саша не понимала, почему мама гонит доброго и такого хорошего дядю.

- Я много думал над твоими словами и решил...

- Над какими?

- Про 30 лет, про взрослого мужчину, про новую жизнь... и решил...

- У тебя получится! Начни, пожалуйста, с родителей. Попроси прощения, попробуй наладить контакт.

Он снял тёмные очки, опустил голову и посмотрел на неё искоса.

- Прощения?

- Да! Они столько натерпелись из-за тебя. У папы сердце постоянно шалит.

Он вздохнул.

- У него его нет, - усмехнулся Иван. - Я не собираюсь...

Таисия спустилась к нему.

- Иван, я не хочу ругаться с твоими родителями, я очень их уважаю, они обожают девочек. Они образец порядочности и доброты...

- Ну-ну!

- Иван, прекрати паясничать перед ребёнком. Просто попробуй! Попробуй наладить с ними отношения, ты ведь один у них остался. Покажи, что ты исправился или очень этого хочешь. Но ты даже к племяннице на Первое сентября явился как вор.

Он вспыхнул.

- Только из уважение к тебе и к ним, - кивнул он на Сашу.

- Мам, пойдём домой, - просила девочка, медленно поднимаясь на этаж. Ей хотелось позвонить бабушке.

- Иду, милая, - Таисия пошла за ней, оставляя родственника внизу.

- Таисия, не запрещай. Не настраивай их против меня, - просил он, задрав голову вверх.

Ответом был хлопок дверью. Ломиться к жене брата, как в тот раз он не стал. Иван вышел из подъезда, сел за руль дорогой иномарки и уехал. Таисия украдкой смотрела на него из окна своей кухни, когда к ней вошла дочь.

- Мам, а это правда наш дядя? - держа в руках распакованную куклу, спросила Саша.

- Да.

- Тогда почему мы не позвали его к себе? Как бабушку с дедушкой или твою тётю Вику?

- Потому что... - Таисия не знала, что сказать.

Доказывать ребёнку, что их дядя плохой, чуть ли не урка, она не могла - он не сделал им ничего дурного. Про Ивана она знает только со слов свёкров. Объяснять, что у них будут большие неприятности - они уже начались, Таисия тоже не могла, Саша не поймёт.

- Так, почему, мам?

- Дядя Ваня не такой близкий родственник нам.

Саша совсем запуталась.

- Ты только бабушке не говори, - ласково просила мама.

- А почему? Он ведь хороший.

- Просто он хочет сделать им сюрприз, - выкручивалась мама, - удивить, появиться внезапно.

Александра не поверила. Слишком часто мама им говорила неправду. И про папу она знает, Фаина ей давно рассказала.

- Что ты тут делаешь?! - сразу налетела на Ивана Таисия, завернув за угол школы. Таисия выглядывала из-за угла на школьный двор, стараясь, чтобы свёкор и Саша увидели её, не пошли к ней.
- Поздравляю, - он протянул руку Таисии, - Саша пошла в первый класс...
- Фаина!
- Эм, да, Фаина.
- Уходи, пока ты не устроил скандал прямо здесь на её празднике, - не переставая вертеть головой по сторонам, требовала Таисия.
- Я! - заулыбался Иван в своей манере и снял тёмные очки. - Никогда бы себе такого не позволил, поэтому и встал в сторонке. Одна ты меня заметила.
- Иван, - вырвалось у неё мучительно, - зачем ты так являешься? Зачем украдкой?..
- Чтобы не было скандалов, - спокойно ответил он.
- Приедь ты как человек! Заранее. Домой к родителям, а потом все вместе...
- Тогда точно случится конец света.
- Уходи, - просила его Тая.
- Ухожу, ухожу, - направился он в школьной ограде за спортплощадкой. - Но я бы повидал девочек. Я им не чужой, - сказал он обернувшись.
Таисия сильно не слушала его, оглядываясь воровато и торопилась в школу, пока её не хватились родные.
Она вошла в класс, мест за партами уже не было. Она стояла позади своего ребёнка, бабушка сидела рядом с внучкой. Фаина чем-то недовольна. Она одернула плечо, когда мама приблизилась к ней, и положила руку.
С праздника знаний возвращались без старшенькой. У неё ещё два урока, за ней придёт дедушка потом. Александра рисовала пальцем на стекле, сидя на заднем сидении дедушкиной машины, напевала песенки, услышанные на Первом звонке. Взрослые вымучено помалкивали. Бабушка постоянно посматривала на дедушку, он делал вид, что не замечает этого. Мама смотрела то в окно, то на Сашу. Еле доехали в таком напряжении домой.
- Ты хорошо себя чувствуешь? - спросила Нина Андреевна в открытое окно, когда машина остановилась - дети приехали. Таисия и Саша вышли у своего подъезда.
- Да, мам.
- Не похоже, - щурилась на неё свекровь, - на линейке ты чуть не упала. Игорь, ты видел?
- Нет, - удивлялся он.
- Это от волнения, - иронично улыбнулась Тая.
- Возможно, - вглядывалась в неё свекровь. - Скорее всего, давление.
- Какое давление?
- Нин, правда, разберутся.
- Ну, хорошо. Тогда до вечера. Сашенька, вы ведь приедете сегодня?
Саша посмотрела на маму, держа её за руку.
- Мы хотели в парк аттракционов, потом в кафе...
Нина Андреевна вздохнула и отвернулась. Мама и дочка сразу поняли, она обиделась.
- Нин, правда, пусть сами...
- Поехали, Игорь, - надменно скомандовала Нина, будто они тут лишние. - Тебе ещё Фаину забирать из школы.
Свёкры поехали. Мама и дочка не ушли в подъезд, пока их машина не скрылась за поворотом у семиэтажки.
- Пойдём собираться, - предложила Таисия дочери, весело подмигнув. Саша улыбнулась в ответ, не отпуская руки мамы. Они пошли домой...

А я буду его любить_6

Пёстрыми, неровными, плотными рядами родители, бабушки и дедушки выстроились на школьном дворе за учащимися школы. Школьный двор утопал в цветах, белых фартуках и огромных бантах на косичках и хвостиках учениц.
Таисия с Сашей, Нина Андреевна и Игорь Петрович стояли в первых рядах, перед ними только старшеклассники.
- Ну где же они? - Нана Андреевна поглядывала в нетерпении на распахнутые двери школы.
- Нин, линейка ещё не началась, - недовольно ответил ей муж. Её волнение передавалось и им как электричество по проводам. Чего трястись - это школа. Первый класс!
- Наша Фаина идёт в первый класс... - всплакнула Нина Андреевна.
- Нина, прекрати, - пригнувшись, негромко просил её муж. - Линейка вот-вот начнётся.
Он боялся, что жена совсем разрыдается, когда поведут первашей по школьному двору.
Началось! Небольшая торжественная часть... Таисия не слушала, смотрела по сторонам на детей, на родителей - как же много людей! Вот и директор подошёл ближе к микрофону, значит, скоро поведут! Нина Андреевна возвестила об этом, да так громко, на неё обернулись пару педагогов, стоящих около своих классов, просили быть тише.
Первый «А», первый «Б». За руки, по двое, ручейком дети шли навстречу к новым знаниям. Вот и «В-шки». Нина Петровна вытянулась, как по струнке.
- Тая, Таечка, - обернулась она к снохе, - Игорь, сейчас Фаина пойдёт, - пригнулась Нина. Муж стоял не около неё, а около невестки.
Рука Таисии, холодная, окаменевшая не подала никаких признаков в ответ.
- Таисия, что с тобой? - посмотрела на неё свекровь. - Ты очень бледная.
Тая уставилась в одну точку правее от плаца, выше голов гостей и учеников школы. Нина Петровна посмотрела туда же.
- Тая, ты в порядке? - заглядывала ей в лицо свекровь. У снохи вид, будто она увидела призрака.
- Мама, Фаина идёт! - дергала её за руку Саша.
Таисия пошатнулась на месте, если бы не столько людей, плотным кольцом стоящих рядом, она упала бы в обморок. Нина Андреевна вместо того, чтобы смотреть на внучку, махать её руками (она обещала), поддерживала Таисию и смотрела на неё. Таисия мотнула головой - очнулась. Фаина как раз проходила мимо них, держа за руку другую девочку. Первоклассница махнула своим. Один дед улыбнулся ей, мама с бабушкой возились в толпе.
Это было минутное замешательство, Таисии показалось, что она увидела знакомую шёлковую рубашку в толпе и мужской профиль. Ей показалось. Она сто раз потом посмотрела в ту сторону, но ничего пугающего не увидела. Нина Петровна следила за ней, за её взглядами и тоже обращала внимание на толпу в той стороне - никого знакомого.
Линейка закончилась очень быстро, как показалось родителям первоклашек. Нина не разрыдалась (слава богу), Таисия не упала в обморок. Один дед и Саша не подвели Фаину. Игорь Петрович взял младшую внучку на руки, и они вместе улыбались, подмигивали и махали Фаине. Девочка, сначала держалась серьёзно, старалась не смотреть на них, а потом начала отвечать, моргая, кивая, улыбаясь.
Первый звонок, дети во главе со своими классными потянулись в школу. Родителей первоклассников пригласили на их первый урок и собрание.
- Таисия, ты идёшь? - рвалась вперёд Нина Андреевна, невестка отстала в толпе. Таисия всё время оглядывалась по сторонам, спотыкалась.
Когда свекровь снова обернулась, Таисии уже не было.
- Игорь, где Тая?
- Она за тобой пошла, - разводил он руками, оставшись на том месте, где был.
Столько народу! Столько голов! Где же она?
Нина Андреевна не стала дожидаться невестки, пошла искать класс внучки. В классе Таисии не было. Фаина сидела одна за партой, сложив правильно руки и выпрямив спину, как прилежная ученица. Нарядная, в белоснежном школьном фартучке поверх платьица, с бантами на туго затянутых хвостиках. Бабушка подсела к ней.
- А мама? - глядя на учительницу у доски, тихо спросила Фаина.
- Идёт, - ответила бабушка, тоже глядя на первую учительницу внучки.
***

С началом нового рассказа главы будут выходить синхронно в ТГ, и здесь.

- Не надо, мам. Никуда мы от вас не денемся. Если бы не вы… девочки осиротели бы тогда. Я жить не хотела. Никогда! Никогда я не смогу полюбить ни одного мужчину, так, как любила Рому, — заплакала и Тая. – Мне есть ради кого жить, полюбить другого мужчину я уже не смогу и не хочу.

Женщины тихо плакали на улице в темноте, а в доме на веранде разгоралась настоящая баталия: дедушка увёртывался, закрывал руками лысину от щелбанов внучек, он опять проиграл в лото. Им он будет проигрывать всегда, пока они хотят с ним играть, пока им весело и они с радостью готовы провести с бабушкой и дедушкой хоть всё лето на даче.

продолжение ✍️

- Игорь, сто раз просила, — запричитала Нина Андреевна из глубины дома. Свёкор носил баулы из машины в дом, девочки лазили на грядках с клубникой. Ягод там уже не было, сезон отошёл. Таисия наблюдала за ними через окно на веранде. – Опять буфет не закрыл на защёлку, муравьёв полный дом!
На этом всё! Улик не обнаружилось, посторонних в доме не было. Таисия успокоилась, вышла к девочкам, пока родители спорили, что куда разносить и расставлять. Мама поискала с дочками ягоды, но уже всё – клубники нет, предложила сходить к лесному озеру прогуляться, там сказочно красиво утром. Втроём, взявшись за руки, мама и дочери вышли за калитку, прошли мимо машины, через дорогу и направились в сторону леса. Нина Петровна, бросив все дела, позвала мужа.
- Игорь, смотри! – сжав руки у подбородка, показывала на своих Нина Андреевна.
Тая смотрела на первые звёзды в небе, ей было хорошо, пусть она и устала, набила мозоли на ладонях, помогая свекрови в огороде. Нина Андреевна вздохнула, будто что-то ещё хотела сказать. Таисия перевела взгляд на неё.
- Ничего, — шмыгнула носом свекровь, — просто так хорошо и так страшно.
Таисия заулыбалась и подсела ближе.
- Таечка, милая, — Нина схватила её за руки, словно разгадала страшную тайну. Таисия даже испугалась, — вы же никуда не уедете от нас?.. Ты же не лишишь нас последней радости? – в глазах несчастной матери дрожали слёзы. – Мы ведь и ремонт в твоей квартире… и так поможем в любой момент. Ну… если вдруг… — смущённо и путано пыталась объяснить Нина Андреевна, но слёзы вот-вот прорвутся, голос дрожит. – Ты молодая, жизнь не останавливается… ты не должна хоронить себя. Но только не отнимай у нас девочек
Тая обняла несчастную мать за плечи, Нина не выдержала, вся материнская боль потоком слёз хлынула наружу. Тая крепче прижала её к себе. Оказывается, не только ей одной было плохо, не она одна умирала, каждый день просыпаясь без НЕГО...

прохлады. В центре пахло мокрым асфальтом после поливальной машины, слышно было щебет птиц, редко-редко проезжала сонная легковушка, громко шурша колёсами по проезжей части.
В это утро она не вспомнила о той гулянке до рассвета. Тая сладко потянулась, ломило плечи, сильно хотелось спать. Первым решением было позвонить сегодня на работу и взять отгул – выспаться. Но поднявшись в квартиру она ложиться не стала, приняла душ, начала собираться на работу, выкинув события этой ночи из головы.
Родители вернулись с моря сразу к невестке. Привезли внучек. Довольных, загорелых, шумных, особенно Саше так много всего хотелось рассказать, она перебивала бабушку, когда та отчитывалась перед их мамой, как они провели эту неделю. Дети как будто не устали за долгие часы в машине, но бабушка выглядела иначе – измотанной.
- Вы сейчас домой, отдыхать? – спросила Тая, когда Нина Андреевна взялась за ручку.
У Таисии сразу сделался такой испуганный вид. Она не была там с той самой ночи, как вывезла туда Ивана.
Нина Андреевна насторожилась.
- Тогда тем более надо ехать. Огород мой высох небось, зарос за неделю.
- Вот, и правильно, Таисия! — ласково улыбаясь, свекровь взяла её за руку. – А то всё работа да работа, придумала себе отговорку. Я скажу Игорю, — радовалась Нина Андреевна. Приятно видеть невестку не мрачной и безразличной ко всему, а здоровой, нормальной, обнимающую своих детей.
- Поедем, поедем, — ответила Тая, внимательно глядя на свекровь, — только бы не передумала, только бы не поехали сейчас на дачу. И вновь это непонятное возбуждение – она преступница! Она нарушила все устои своей семьи.
- Моя машина барахлит, — врала Тая, — не хотелось бы где-нибудь встать за городом в такую жару с детьми.
Нина Андреевна посмотрела на Сашу – здоровье и благополучие девочек превыше всего.
- Ну хорошо, — со вздохом ответила усталая женщина, — может, ты и права. За неделю ничего не случилось, ещё за три дня тем под землю не провалится.
Фаина сестре не поверила, и когда мама начала выкручиваться, чтобы не выполнить своего обещания, а выглядело это именно так. Фаина смотрела на сестру, вскинув немного брови, будто спрашивала: видишь, это неправда!
Таисия побоялась поехать на дачу на разведку до выходных. Вдруг свёкров встретит, что она им скажет. Эти три дня она не знала, куда себя деть, ждала выходных.
Бабушка с дедушкой заехали за ними ранним утром в субботу. Настолько ранним, что девочки досыпали в машине, а Нина Андреевна с переднего сидения перечисляла Таисии, что надо будет сделать на даче, вдвоём они быстро справятся.
- Мы соседа просили присматривать... Таисия, ты меня слышишь? – обернулась свекровь. Она минут десять говорит без остановки, от невестки ни звука в ответ. – О чём ты думаешь?
Доехали быстро, потому что рано. На даче ничего не изменилось, разве что трава у ворот и во дворе вытянулась по колено. Значит, действительно были дожди, — подтвердил Игорь Петрович.
Таисия подхватила первую попавшуюся сумку у машины и пошла первой во двор. Родители переглянулись, оба нашли странным такие перемены в ней. Как будто она больше их скучала по дачному домику, садику во дворе. Таисия прошлась везде! К колодцу подошла и посмотрела на старую скамейку, на подъёмный механизм, ведра на крышке колодца нет. Всё, что представляло хоть какую-нибудь ценность, свёкры заносили в дом и закрывали, уезжая с дачи.
Вот и сегодня всё выглядело, будто никого тут не было но она оставила его тут! Тая мысленно перекрестилась, но напряжение не отпускало её – она не была в доме, на двери тяжёлый замок, первой как-то неудобно ломиться всё-таки это чужой дом.
Она оставила сумки на деревянном крыльце, пошла к машине за другими. Девочки выбрались к остальным, зевая и потягиваясь они не спешили бежать во двор. Они тут на все выходные, торопиться некуда.

А я буду его любить!
ч.5
И вот Таисия, как преступница, крадётся ночью по лестнице своего дома, чтобы соседи не услышали её шагов. Никто не выглянул в окно среди ночи, не увидел, как она заводит машину, разворачивается, чтобы подъехать к подъезду. К неё ноги подкашивались от страха. Чего она боялась больше она не понимала.
Иван, спокойно спустился по лестнице на первый этаж, не оглядываясь, без спешки сел в машину, потянулся.
- За тобой точно гнались? – спросила у него Тая в машине в три часа ночи.
- Езжай давай, — сказал он, словно в такси сел и счётчик ожидания подгонял.
Тая осторожно выехала со двора, поглядывая в свете фар на машины у подъездов, нет ли чужих, залётных.
Иван занервничал, когда выехали на пустое шоссе за город.
- А куда мы едем? – уточнял до этого смелый до наглости мужчина. Сон как рукой сняло.
- На дачу.
- К моим, что ли?!
- Да, там никого.
- Останови машину, — затребовал он, жилые и нежилые городские постройки остались далеко позади. – Могла бы просто выгнать, чем так подставлять. Мне надо всего несколько часов пересидеть.
- Там и пересиди хоть пару часов, хоть пару дней. Завтра мне на работу, я не хочу нервничать, думая, ушёл ты или нет. Ищут тебя или уже нашли.
- Там быстрее всего выдадут хоть ментам, хоть коллекторам, — вжимаясь в сидение, ответил Иван. Они сворачивали с шоссе на дачи.
- Родителей не будет ещё неделю. Есть время поразмыслить, как жить дальше, а не как сбежать от очередных кредиторов.
- Нина узнает, тебе несдобровать, — сказал Иван, держась одной рукой за ручку над головой. Машина немного виляла на мягкой грунтовой дороге, Тая выключила дальний свет, двигались почти в потёмках.
- Уедешь вовремя – не узнают.
- Прям всё расскажешь? – посмеивался он в темноте, покачиваясь на сидении. – Как прятала у себя? Вывозила из города ночью? Попахивает криминалом.
- Наверное, и стоит уже. Как думаешь, надо? – снова с усмешкой.
- Знаешь, что – выходи! – указала она на его дверь, а за ней темнота. Густая, нависающая над всем тяжёлая темнота, скорее всего, лес.
- Так ты меня в лес вывезла и кинуть хочешь? Вот так-так! Так и порешить недолго, - смеялся он.
- Выходи! – отчаянно крикнула Таисия, готовая заплакать от бессилия. Она такое пережила за эти часы: маме соврала по телефону, его пустила в дом, сейчас чёрт знает где. Её трясёт зуб на зуб не попадает, а ему весело. Ему не привыкать.
Скривив самую серьёзную, кислую мину – он сразу стал некрасив, чёрные глаза по-волчьи блестели в темноте. Иван открыл дверь и вышел. Вышел и пошёл по траве у дороги. Таисия смотрела на его удаляющуюся, ссутулившуюся фигуру.
Он замедлил шаг, но садиться в машину не собирался. Таисия остановила машину, вышла к нему сама.
- Я же сказал, — ответил он на ходу, идя вперёд, при этом не сильно быстро, — в этот раз из Тутаева. Далеко отсюда, через Москву ехать. Ни село, ни город – отстой какой-то, но люди едут, на что-то смотреть. И вас как-нибудь отвезу, покажу городишко.
- Я хотел племянниц повидать, — приподнял он плечи. И всё это время он не хихикал, не паясничал, он был честен с ней.
- Я бы не появился в вашей жизни, — широкими шагами он побежал на неё, она попятилась к машине и почти села на капот от страха. Но он не посмел приблизиться к Таисии. Сел в машину и ждал. – Отвези меня, скоро рассвет, — высунув голову в окно просил он. – Я, может, денёк там перекантуюсь и свалю.
Таисия бегом прыгнула за руль, дёргая рывками переключатель передач, руль, не жалея своих Жигулей, рванула с места. Доехали. Она упёрлась бампером в ворота, выключила свет.
- Ты лучше меня знаешь, где они их прячут.
Уже светало, когда она въехала к себе во двор и припарковалась напротив подъезда. Посидела немного в машине – никого вокруг! Она одна во всём городе не спит. Стали загораться первые огни в окнах многоэтажек. В последний раз она видела, как это происходит, когда однажды возвращалась с Романом с прогулки. Они не были ещё женаты, загуляли у кого-то из друзей на квартире, домой шли пешком через весь город чуть хмельные от вина и утренней

А у нас два дня идёт снег ❄️ ❄️ ❄️
Весною вроде и не пахнет, но под снегом спрятались первоцветы. Весна всё равно придёт. Завтра.

- Иван, - оборвала его на полуслове Тая, - не пора ли к 30-ти годам остепениться?
Он замолчал от неожиданности.
- Отец потерял Ромку, и у мамы ты один остался. Разве нельзя?..
- Уже нет.
- Неужели ты настолько плохой человек? - прищурилась на него Таисия.
- Вот ты сидишь в своей прелестной квартирке, - он обвёл комнату рукой, - у меня была такая же. Даже две! Не знала, я так и думал. Это же Ромкина квартира, так ведь?
Таисия кивнула.
- Родители и мне, и ему... Отец для каждого одинаково старался. И от матери мне осталось. Так вот, я всё прос....л! - он упёрся руками в подлокотники и чуть привстал даже. - Прикинь! Вот такой я... А ещё...
- Иван, но ты же не специально.
Он со вздохом поднялся и уставился на полку с семейными фотографиями брата.
- Даже не пытайся меня оправдать, ты не мой адвокат и мы не в суде! Ромка тебя любил, оберегал от всех неприятностей. Но теперь его нет и всё, отчего он тебя так бережно прятал на виду. От этого никуда не деться, я здесь и я есть. В семье, как говорится... не без урода.
- Я не верю, что ты такой.
Он усмехнулся.
- Странно, а родители сразу поверили, - и сел на своё место. - Отец даже не пытался меня выслушать ни разу.
- Ты голоден?
- Ну так, перекусил бы.
Они переместились на кухню. Тая не выключила как обычно за собой свет во всех комнатах, даже в ванной забыла нажать выключатель. В квартире светло, как днём. Заглядывая в кухонные шкафчики, в холодильник, она думала, чем же накормить родственника, у неё почти ничего нет. Она и сама порядком проголодалась от волнения, какая уж тут темнота и тихое одиночество, надо что-то думать, шевелиться, приходить в себя.
Иван перевернул с ног на голову её скорбный мирок. В ней просыпалось какое-то сочувствие к нему, желание помочь. Он, судя по всему, в этом не нуждался. Ему бы перекантоваться несколько часов, а лучше дней в тихом месте, потом он снова уедет на год, на два, может, в этот раз навсегда.
- А знаешь, - придумала Таисия, когда они просидели на кухне за пустым чаем почти три часа. Хотелось поскорее избавиться от родственника, и не обидеть, - я знаю одно тихое место! Глушь. Я тебя отвезу и мы квиты. Идёт?
- Идёт! - согласился Иван.
- Тогда едем! Мне завтра на работу.

продолжение __________

- Не-е-ет, - он как фокусник расправил руки перед собою. - Правда, вам ничего не будет! Пара часов буквально и я удалюсь из вашей жизни. Они не видели, в какой подъезд я нырнул. Они на машине, а я на своих двоих. И дворы тут такие узкие, - он снова обернулся на дверь, прислушался. - Можно присесть? - он показал на банкету под вешалкой для одежды. - Надо бы в ванную сначала, рожу привести в порядок.
- Лицо.
- Ну да, лицо.
- Проходи, - предложила ему Тая, всё ещё ругая себя, зачем она это сделала!
Он разулся и, оглядывая довольно просторную прихожую с вьющимся плющом на обоях по стенам, прошёл вслед за хозяйкой. Она открыла ему ванную, сама пошла за полотенцем.
- А чего так темно у тебя? - спросил он сквозь шум воды из ванной. - Ты спала, наверное?
- С мамой разговаривала, - сказала Тая, принеся ему полотенце. Она не была в пижаме или халате, выглядела так, будто только с прогулки вернулась.
- Со своей?
- С твоей.
- А-а-а-а! - Иван даже полотенце от лица убрал. - Ну это другое дело. Сейчас примчат.
- Нет, они в Тихорецке.
Иван чуть повеселел.
- Что ты натворил? Говори сразу! - встав в дверях, не пуская его дальше в квартиру, Таисия требовала ответа.
- Да ничего в этот раз. Правда. Мне повезло, я до этого спокойно гулял по городу целую неделю, а тут заметили.
- Кто? Бандиты?
Он цокнул сквозь зубы.
- Какие там бандиты. Перевелись уже порядочные люди на Руси. Коллекторы.
Таисия нахмурилась.
- Ну да, я должен тут многим. От них, между прочим, не убудет! - грозил он ей пальцем шутя. - Беспредельщики.
- Но ты говорил...
- Я много говорю.
Он встал совсем близко к ней, желая выйти из ванной. Таисия пропустила его.
- У тебя здесь как у родителей в день похорон, - разговаривал он с ней из гостиной. - Ну это твоё дело. Спасибо, что открыла, мне больше некуда идти.
- Давай я тебе денег дам, - Тая вошла к нему с открытым кошельком в руках, - и ты уедешь.
- Я и так уеду, - грустно усмехнулся он, - не переживай, вас с девочками я не подставлю. Никогда в жизни. Я Ромке обязан.
- Чем же?
- Жизнью.
- Но ты уже здесь.
- Они ничего не сделают, поверь мне. Ещё пару лет и эту лавку с долгами прикроют, и тогда я чист, - он снова отбил мотивчик по пустым карманам брюк. - Хочешь, я побуду в прихожей? Тебе, наверное, страшно в одной комнате со мной? Отец с Ниной (впервые он назвал мачеху по имени, а не мама) наверняка постарались запугать тебя. Ну да! Я такой, - он заглядывал на полки с фотографиями, читал названия книг в шкафу, один раз совсем, чуть-чуть приоткрыв штору на окне, посмотрел вниз во двор. - Блин, старшая так на Ромку похожа, - грустно улыбнулся Иван, снова разглядывая фотографии. - А мелкая на тебя.
- Фаина и Саша.
Иван приподнял вопросительно брови, глядя на Таю.
- Я знаю. Только путаю, кто из них кто. Ради твоего же спокойствия не говори ничего родителям. Они и так натерпелись от меня за 30 лет.
- Тебе 30?
- Да.
Он присел в кресло в углу, посмотрел на часы на стене.
- Ещё раз спасибо хочу сказать за машину.
- Ни к чему. По возможности замени её. Купи нормальную.
Иван принялся рассуждать о преимуществах иномарок и недостатках «наших». То же самое про вещи, магазины, рестораны, города. Оказывается, он много где был или это только слова. Таисии всё ещё не по себе от того, что он здесь в её квартире.

- Решила, что я в очередную передрягу на твоей машине вляпался? - он искоса посмотрел на неё.
- Нет, - вновь краснея, не глядя ему в глаза, сказала Тая.
- Ты, главное, родителям не говори, что да как - не поймут, могут и сжечь машину после меня, - тихо рассмеялся он, доставая чётки из кармана. - Ну, я пошёл. Пока.
Иван оббежал машину, взглядом попросил Таисию открыть её, его борсетка на пассажирском сидении. Он забрал её. Сунул под мышку, наклонился, протёр носы туфель и зашагал прочь.
- Спасибо тебе, Вань.
Он лишь поднял руку с чётками, оборачиваться не стал.
Таисии казалось, она должна ещё что-то сказать. Вот так его отпустить нельзя. А может, ей просто хотелось поговорить с кем-то, кто не будет напоминать о муже, о прошлом, пусть она услышит что-то ужасное, но это никак не связано с Ромой.
Пока она думала и проверяла салон своей машины Иван исчез. Бабки у подъезда не сводили с неутешной вдовы любопытных взглядов. То милиция к ней приезжает, то сомнительные мужики.
Таисия забыла про деверя, вернулась к обычному повседневному расписанию. Она снова одна в квартире, снова в темноте, даже днём. Снова вспоминает, плачет, говорит с мужем во снах.
Она отличает день от ночи только по звукам будильника: звонит - пора на работу. Вернулась - пора спать. Звонили свёкры и девочки, рассказывали где они уже. Тая усердно врала: у неё завал на работе, она очень сожалеет, что не с ними сейчас.
Во время одного такого разговора с родными это был уже поздний вечер, телефонный разговор прервал довольно громкий и подозрительный стук в дверь. Её будто пинали с лестничной площадки.
- Таисия, что там у тебя? - Нина Андреевна услышала удары в трубку.
Таисия, не отвечая, отложила телефон и подошла к двери, посмотрела осторожно в глазок. На лестничной клетке стоял Иван, вертясь во все стороны, придерживая губу справа, кажется, она у него разбита. Вид уже не такой нарядный. Рубашка торчит из штанов, расстёгнута чуть ли не по пояс.
Таисии стало страшно, но надо отвечать родным. Она вновь взяла трубку, мысленно прося только об одном, чтобы Иван не затарабанил в дверь сейчас.
- Что там у тебя, Тая?
- Ничего, мама, ваза упала с полки, надо убрать стёкла. Давайте чуть позже созвонимся. Сможете мне набрать?
- Мы выезжаем в ночь, так что вряд ли уже.
- Ну хорошо, тогда завтра, - нервничая, ответила Тая. - Надо убрать, а то я забуду и утром наступлю на осколки. Всем привет, мама! Девочки, любилю вас! - очень громко сказала мама напоследок и сразу положила трубку.
Иван снова постучал в дверь, но уже тише. Тая, затаив дыхание, прислонилась к двери, не зная, что ей делать. С одной стороны, он не сделал им ничего дурного. Рома никогда в жизни не говорил и не думал о борате плохо. Даже когда родители заводили очередную байку, как им пришлось отдать пару сотен тысяч за этого оболтуса, или к ним приезжали братки, или Иван сам приезжал и врал, что у его девушки кто-то умер, или она сама при смерти ей нужна помощь. Чего только Таисия не слышала об Иване, но никогда мама не говорила о старшем в присутствии Ромы, он сразу отрубал. Лучше вообще никак, чем так, будто его брат самый отпетый уголовник и рецидивист.
Иван в третий раз постучал, ещё тише.
Таисия, набравшись смелости, открыла. Он вошёл сразу, без приглашения. И дверь за собой закрыл сам.
- По ходу мне вообще нельзя возвращаться в этот город, мне тут не рады, - тихо сказал он, глядя в глазок. Таисия ещё не видела полностью, что у него с лицом. Он повернулся к ней. - Я опять у тебя. Это судьба? - попытался улыбнулся он, но сразу схватился за разбитую губу. Снова посмотрел в глазок. - Надо валить из города.
Тая боялась пошевелиться. Зачем она открыла ему?
- Что у тебя с лицом?
Он повернулся к ней.
- Из-за угла прилетело, - шутил Иван.
- А если серьёзно! Тебя ищут? Ты что-то натворил?
- Ищу, ищут, - он вновь прилип к глазку. - На этот раз правда ничего не сделал. Просто вернулся.
- Ты кому-то должен денег опять?

А я буду его любить!
ч.4
В воскресенье вечером Таисия позвонила в милицию, вкратце попыталась объяснить в чём дело: её машину угнали. Она звонила на штрафстоянку: туда такую даже не привозили, - ответили ей. Значит, угнали.
- Это что-то новенькое, - воодушевились на том конце провода и пообещали приехать к женщине, чтобы она всё рассказала на месте.
На Ивана она и подумать не могла. Сказали же! Такую машину не привозили на стоянку. Она гнала от себя мысли, что это её родственник — брат мужа укатил куда-то на её серебристой Семёрке.
Нет! Это не Иван. Ключи от машины у Таисии на руках, она собственными глазами видела, как эвакуатор поднимал и увозил её машину из центра. Номер эвакуатора не записала, о чём очень сожалела, рассказывая сотрудникам, как всё было. Все вместе они предположили, что в городе объявилась какая-нибудь банда. Время такое весёлое, что только не выдумают любители наживы.
Тая стояла во дворе своего дома, показывала, где обычно ставила свою машину, милиционер рачительно записывал за нею каждое слово, сидя за рулём служебного авто. В какой-то момент Таисия замолчала, подняв глаза в сторону соседней семиэтажки. Из-за поворота вырулила её серебристая Семёрка. Она не поверила и посмотрела на ключи от машины в руках - они у неё. Снова на авто — номера её! Это её машина. За рулём... Иван. Тая крепче зажала ключи в руке.
- Моя машина, - сказала она так, чтобы её услышал сотрудник.
Он повернулся в ту сторону, куда смотрела пострадавшая.
- Ваша?
- Да, - улыбалась Тая. Милиционер всё понял по её улыбке, захлопнул с раздражением папку с бумагами.
- Так её не угнали? Кто за рулём?
- Брат. Брат мужа.
Остальные тоже смотрели на медленно приближающуюся машину.
- Знаете что, дамочка! Выписать бы вам штраф! За ложный вызов. Забываете, кому ключи даёте от машины, а нам приходится выезжать потом. В следующий раз своим ходом в отдел! Понятно?!
Милиционер захлопнул дверь своей машины перед её носом, выехал на дорогу, как раз, когда Иван заворачивал ко всем.
- Точно всё нормально? - спросил милиционер в открытое окно, видя непонятное выражение лица «потерпевшей». Тая кивнула. Милиция уехала. Соседи стали расходиться. Бабушки у подъезда сели плотнее, чтобы разобраться и донести потом куда следует: «точно всё в порядке?»
Довольный собою Иван вышел из машины.
- А чего приезжали? - посмотрел он на служебную машину, которая задом пыталась выехать из тесного двора. - За мной уже, что ли? - рассмеялся он.
Таисии было не смешно, и смотрела она на него с таким выражением, будто вот-вот стукнет.
- Они мне чуть штраф не выписали, а ещё решили, что я ненормальная и мне приснился эвакуатор и остальное. На стоянке сказали: не было такой машины. Как так? И где ты пропадал на ней? Как завёл? Ключи-то у меня.
- Извини, Таисия. Я думал, она тебе не понадобится эти два дня. Ты не особо торопилась её выручать. На стоянке я договорился, - подмигнул он. - Им лишний раз бумагу пачкать - себе дороже, а вот класть их в карман - это другое дело. Обо мне ещё помнят здесь, - чуть расправив плечи, добавил он.
- А ключи? Они у меня.
- Ой, это самое простое, - махнул он рукой, - но тебе лучше не знать. Долго ли умеючи! - и щёлкнул пальцами.
Таисия хлопнула дверцей машины, закрыла её и собиралась идти и так привлекла слишком много внимания к своей персоне. Но, кажется, Иван привлёк его ещё больше у местных жителей. Иван - красивый вроде мужчина, но сомнительной наружности, такой всегда привлекает внимание.
- Я тут подшаманил её немного. Свечи, стеклоподъёмник не работал...
Таисия покраснела.
- Я как купила её, так ничего не делала в ней. Ездит и ездит, я не понимаю. Я ведь раньше даже не водила, а теперь...
- Я понимаю, раньше Ромка был.
Тая сразу потемнела при упоминаний о покойном муже.
- Но теперь катайся спокойно, с годик беспокоить не будет. Всё подтянули, проверили, залили.
- Зачем тебе это?
- Ты же возишь на ней моих племянниц, - развёл он руками. - Я не мог иначе.
- А я подумала...

Высокий мужчина с короткими, чёрными кудряшками на голове, лицо ещё такое, как у цыгана из кинофильма. Он спрыгнул со ступеньки у магазина около самого дома Таисии. Серые брюки — бананы, туфли с острым носом, шёлковая рубашка с коротким рукавом в яркий узор. Подмышкой борсетка, в правой руке чётки.
Таисия отпрянула от этого типа, не сразу узнала.
- Не узнала? - подошёл ближе мужчина. - Как вы? Как девочки?
Она пошла от него скорым шагом, у подъезда остановилась, чтобы он не пошёл за ней и не узнал, где она живёт. Повернулась и уставилась прямо ему в глаза. Иван приветливо улыбался ей.
- Не узнала, значит.
- Мужчина, оставьте меня в покое! Я сейчас закричу.
- Конечно, ты меня видела один раз на вашей свадьбе, а потом только слышала.
Короткими замыканиями в голове Таи стали пробиваться воспоминания об их с Ромой свадьбе. Она нахмурилась.
- На похоронах ты была как вата. Потом дурка.
Она открыла рот от удивления. В их семье никогда не поднимали тему психиатрической клиники, где Таисию возвращали в чувства. Как-то не принято, стыдно, что ли.
- Я у Вали потом интересовался как ты...
- У какой Вали?
- Карнауховой — одноклассницы Ромки. Ты её не знаешь. Она как раз работала в диспансере и сейчас, кажется, там. Отличный специалист. Девочки уже большие? Старшая, кажется, в этом году в школу идёт?
- И... ван?
- Да! - расставил он руки, чтобы она кинулась ему в объятия, но Таисия сделала шаг назад от него. - И ты изменилась. Подстригалась коротко, да?
- Родители знают, что ты в городе?
- Никто не знает, я проездом. После похорон не заехал к вам, вам и без меня хреново было. Я отправлял племянницам понемногу, но разве деньгами можно облегчить такую потерю.
- Так это ты?!
- Ты про что?
- Я думала, это ваши родители, мама и папа переводили на книжку.
- Может, и они. Я отправлял своё.
- А как ты узнал реквизиты? И прочее?
- Родители тебе не говорили, кто я? - смеялся он. - Что мне стоило выкрасть документы, - он изобразил руками страшилище, при этом рассмеялся ещё больше. - Я же был у них и на похоронах.
Он перестал смеяться, убрал в карман чётки и со вздохом сказал:
- В банке подсказали, как это можно сделать. Имя, фамилия там, паспортные данные - это несложно.
- Спасибо, конечно, но не надо было.
- Ты осталась одна с моими племянницами.
- Я не одна, у меня есть мои родители, твои... - затихая на последнем слове, проговорила Таисия.
- Вот и хорошо, что они тебя не оставили. Семья должна быть вместе. Девочки дома? Можно, хоть познакомлюсь с ними? Они и не видели меня, не знают.
- Нет, они на даче.
- У родителей, значит, - расстроился Иван.
- Да.
- Ну, ладно. Я пойду. Пока. Моим не говорили, что я был здесь, а то поднимут весь спецназ города...
- Они ничего такого... плохого...
- Я и есть плохое, - весело подмигнул он и пошёл от неё по тротуару.
- Иван! - окликнула его Тая, когда он подходил к повороту со двора. Он обернулся. - Иван, а у меня машину забрали. Первый раз в жизни. А ещё я колесо пробила. Не знаешь, что делают в таких случаях? Я хотела завтра...
Он поднял брови и цокнул.
- Конечно, знаю! Надо сегодня ехать на штрафстоянку, выручать машину.
- А где это знаешь?
- Вроде помню ещё.
- Ты на машине?
- Нет, Тая, - он ладонями отбил мотивчик по бёдрам, - на этот раз я гол как сокОл.
- Понятно, - она сразу погрустнела, вспомнив, что о старшем брате покойного мужа говорили родители, решила, что он будет деньги просить или ещё что-то придумает.
- Иди домой. Я разберусь. Номер машины скажи.
Она назвала.
- Могу я хоть одно доброе дело сделать? - усмехнулся Иван. Выпрыгнул на проезжую часть, как раз перед машиной, какой-то дед сидел за рулём. - Подкинь, отец! - попросил он в открытое окно.
Старик обложил его матом, но Ивана это не остановило, он сел в его машину и укатил опять неизвестно куда. продолжение ________________

целую трагедию налила. Бабушка прижала внучку к своему переднику и просила не реветь по пустякам. Они ещё столько раз ушибиться и ошибутся с Сашей, синячок на коленке того не стоит.
- Мама с нами не поедет на море? - спросила Фаина, когда успокоилась.
- У неё работа.
- У неё всегда работа! Даже по выходным.
- Она для вас старается, - вытирая лицо и глазки внучке, бабушка целовала её в щёчки. - Милая, на следующий год вы поедете только с мамой в отпуск.
- Вы нас не хотите брать с собой? - вновь наполнились слезами глаза семилетний Фаины.
- Что ты! Что ты, родная, - вновь прижала её к себе бабушка, - куда же мы без вас! Поедем все вместе.
И Фаина улыбнулась - бабушка никогда не обманывает. Только один раз про папу, но это из-за Саши, она же маленькая была. Она до сих пор думает, что папа когда-нибудь вернётся, ведь он уехал в далёкую страну по секретному заданию.
Пару недель девочки провели на даче у бабушки с дедушкой. С ними вернулись в город, с ними и уехали ещё на пару недель сначала к дальним родственникам в Тихорецк, а потом на море.
Таисия продолжала прятаться от всех в своей квартире. Почти сразу после похорон мужа она сделала ремонт дома. Но стены дышали, по ночам ещё и разговаривали с Таисией голосом Романа. Просыпаясь, среди ночи в спальне с выключенным светом, в темноте она не могла спать, ей ещё несколько минут казалось, это был не сон, она слышала его смех. Потом приходила в себя, разворачивалась в подушку лицом и выла, колотя её кулаками. Снова засыпала. Утром уже просыпалась от звона будильника, девочки рядом, им тоже иногда снились страшные сны, и они приходили к маме по ночам.
А когда девочек не было, во всей квартире Тая выключала свет, бродила, прислушивалась, вдруг снова услышит его голос, почувствует запах. В последнее время ни голоса, ни смеха не было. Она перестала видеть сны о Роме, перестала чувствовать его запах на подушках, но привычка осталась. Она собирала в выходные девочек и везла их к бабушке, а сама оставалась одна.
В эти выходные всё пошло не так! Ещё на въезде в город она встала в жуткую пробку на дороге. В самую жару. Заехала в центр, на машине пробило колесо, а мастерских поблизости нет! Это центр города.
Она оставила машину прямо у бордюра, у памятника Маяковскому, решила пройтись хотя бы к фонтану, освежиться немного. Сидя у фонтана, дыша влажной прохладой, она спокойно наблюдала, как увозит её Жигули эвакуатор. Она припарковалась неправильно. И когда у нас в городе так быстро научились работать службы? - подумала Таисия, отгоняя ногой назойливых голубей.
Хотела ещё пройтись по городу, по центру, она будто впервые его видела, гуляя одна. Но жара загнала её на автобусную остановку, потом в автобус. И вот она почти дома. С машиной разберётся позже, там всё равно колесо пробито, а сейчас она устала. Хотелось принять душ, задёрнуть шторы во всём доме, упасть на диван и заснуть.
- Таисия, здравствуй...

о участка свёкров её не умиляли, как раньше. Она будто в пустоту смотрела.
- Тая, ты меня слышишь? - тронула её за плечо свекровь. Таисия даже не услышала, как она подошла.
- Да, мам.
- Поехали с нами в этот раз. Два года без отпусков работаешь. Поедем. И девочки будут рады.
- Им и с вами хорошо.
- Но ты мама. И тебе тоже надо отдыхать. Таечка, не изводи себя так.
- Мам, я не Эльбрус восхожу ежедневно. Это всего лишь работа, - стоя на том же месте, глядя куда-то вдаль на что-то белое около самой кромки леса, отвечала Тая.
- Вот именно! Девочки тебя совсем не видят.
- Мам, попроси папу скосить те ромашки, - Тая указала пальцем в сторону белого облачка за окнами.
- Что?
- Пусть папа скосит их, затопчет, сожжёт! Видеть их не могу!
- Какие ромашки? - щурилась Нина Андреевна в сторону, куда показывала невестка, а Тая незаметно смахнула слёзы с глаз.
- Я поеду, мам.
- Но сегодня выходной, побудь с нами, с девочками, - почти умоляла её свекровь.
- Я к своим заехать хочу. Мама ремонт затеяла в прихожей, просила помочь с обоями.
- И мне бы кто помог, - развернувшись вполоборота, пряча руки под передник, Нина Андреевна, смотрела усталыми глазами на заготовки для будущих закруток.
- Не делайте так много, мама. Не нужно. Никто уже не ест, - сказала Таисия и поспешила во двор.
Нина Андреевна смотрела на неё в окно, провожая. Думала, она подойдёт к дочкам, попрощается. Но Тая промчалась мимо них, Сашенька успела её спросить:
- Мама, ты уезжаешь?
- Всё, что ль? Тая, ты уже едешь? - удивлённо спросил и Игорь Петрович.
Ни дочке, ни свёкру Таисия ничего не ответила. Торопилась скорее уехать отсюда, будто её выгнали или не рады ей.
Фаина выбежала на дорожку вслед за мамой, но остановилась на середине. Мама уже села в машину, завела двигатель. Нет смысла догонять маму и что-то говорить, она не услышит. Она давно их не слышит, не видит, как будто их нет. Каждые выходные отправляет то к одной бабушке, то к другой, лишь бы не с нею дома дети были. Мама сдавала детей, избавлялась, отделывалась точно так же, как отделалась сейчас от родителей погибшего мужа. И к своим она не поедет. Она не была у них больше трёх месяцев - у неё работа. Остальное её не волновало.
- Куда это она? - вошёл на веранду дедушка вместе с Сашенькой. Она висла у него на руке, как обезьянка. - Я думал, с ночёвкой останется Таисия, выходной же.
- Ей невыносимо тут находиться, - ответила Нина Андреевна, стоя на том же месте, где стояла до этого. Таисия уехала минуту назад, а она всё смотрела на дорогу за решётчатыми воротами, на высокую тёмно-зелёную стену леса за холмистым пустырём. Ромашек она не видела, зрение уже не то.
- А нам легко? - злился Игорь Петрович. - Два года здесь не появлялись, растащили всё без нас. Я тоже тот поворот видеть не могу, дорогу. Как вспомню... - он взялся двумя пальцами за переносицу, за другую руку его дёргала внучка: дедушка пошли играть во двор. - Нельзя же так. У неё дети.
- Как бы не выдумала уехать подальше от нас, - словно проснулась Нина и пошла к своим овощам на столе. - Ей всё напоминает о Ромке и в городе и здесь.
- Мы уезжаем, деда? - хлопала на него своими прелестными глазками Саша. - Мы куда-то поедем?
- Поедем, поедем, - улыбаясь внучке, он гладил её по мягким, густым волосам. - Мы же едем на море в этом году, мать?
- Едем, - недовольно отвечала Нина Андреевна, переставляя тазы и миски на столе.
- Вот видишь, - подмигнул внучке дед сверху вниз.
Саша сорвалась с места и вприпрыжку побежала к сестре.
- Фая! - кричала она от крыльца. - Фаина! Мы на море едем. Фая!
Фаина сидела на старой скамейке у колодца, поджав к себе и обхватив свои тоненькие ножки.
- Фая, ты слышала? - кралась к ней сестричка, выглядывая из-за кустов, осторожно приближалась к ней. Сестра плакала.
Саша развернулась и побежала обратно к бабушке с дедушкой.
- Бабушка! Бабушка! А Фая плачет у колодца.
- Сходи к ней, - попросил Игорь жену.
Бабушка Нина отставила все свои дела и пошла к внучке. Оказалось, вовсе не из-за мамы плачет Фаина, коленку поцарапала, а слёз, слёз на

А я буду его любить!_3 Нервная система Таисии не выдержала. Она не могла находиться ни дома, ни у свёкров. Она перестала воспринимать детей, реальность, узнавать себя в зеркале. Это была вынужденная мера, у неё двое детей, девочки. Её родители и свёкры были солидарны во мнении: Таисию направили на принудительное лечение в стационар. Не в обычный, а в тот самый, про который говорят: "психушка".
Чья-то невидимая рука или сила помогала Тае. Нигде не сохранилось и не осталось сведений о том, что она когда-то была в этой больнице. Она решила, что это свёкры, у них же много знакомых. Нина Андреевна раньше работала секретарём в суде, Игорь Петрович в гараже при администрации города. Вроде бы не партийные шишки, но знакомства имелись. Но на этот раз они не прикладывали никаких усилий. Нина Андреевна сама была в таком состоянии можно было выносить следом за сыном. Спасали и отвлекали внучки. Дедушка с бабушкой стали жить ради них, ими.
И время не лечило, боль не унималась, Таисия утонула в своём горе на долгие месяцы. На годы.
Иван так и не появился у неё после похорон. Родня догадывалась, он здесь. Вроде бы задержался и вместо нескольких дней провёл в родном городе около полугода.
Родственникам он не показывался на глаза, но все чувствовали напряжение в воздухе — Иван в городе. Однажды явились и молодчики с бейсбольными битами к родителям Ивана.
- Мы знаем он в городе, - два качка кривлялись они перед убитым горем отцом. Один сын в могиле лежит, другой зря землю топчет на планете - лучше бы не было его. - Скажите, только, где он, и мы никогда больше не появимся около вашего дома.
- Убирайтесь вон! - краснея и хрипя от бешенства, прогонял их Игорь Петрович. - Он мне не сын! И вы нелюди!
- Отец, мы по-хорошему, - убрав за спину биту, поправляя воротник косухи, убеждал пенсионера амбал, который выглядел страшнее приятеля. Первый, кажется, и говорить не умел, только дёргался, как на шарнирах, махая перед сбой битой. - За вашим Иваном крупный должок ещё с тех времён, - кривым большим пальцем он указал себе за спину.
- Пошли вон!
- Не шумел бы ты, батя! - приблизился к нему первый.
- Оставь, - дёргал его за рукав второй. - Просто скажите, где он? И всё.
- Знал бы - не сказал! Хоть он из вашей стаи, такой же отморозок.
Первый спортсмен в куртке «Чикаго Булс» шутя замахнулся на взрослого мужчину и тут же рассмеялся, заметив, хозяин испугался его.
- Уматывайте отсюда, пока я милицию не вызвал.
- А вызывай! Менты тоже Ваньку ищут.
- Поехали, - тянул его тот, что посдержаннее. - Поехали! Они не в курсе.
- Учти, старик, мы за тобой приглядываем, - уходя угрожал тот, что похож на наркомана.
- Откуда вы повылазили все?! - хрипел Игорь Петрович. - Как нечисть, тараканы из-под полов, плесень. Жили же нормально, и вот, полезли... Сволота! Сталина на вас нету.
- Эй!
- Оставь, - заталкивал один другого в машину, - они совсем рехнулись, у них сын недавно умер.
Оба выплюнули демонстративно жвачки перед домом Игоря Петровича и дали по газам своей уставшей легковушки.
- Игорь, кто там приезжал? Куда ты выходил? - спрашивала его Нина Андреевна. Муж вернулся с улицы и закрывал калитку на замок, на все три щелчка. - Зачем же ты закрываешься днём? От кого?
- Ни от кого! Просто, чтобы не сигналили разные - нас нет!
- А кто это был?
- Никто, номером дома ошиблись.
Нина Андреевна покачала головой, видя, как бледен муж и как дрожат его губы.
Прошло три года.
- Тая, а ты, что же и в этом году в отпуск не идёшь? - спрашивала у невестки свекровь, когда она привезла дочек к ним на дачу. Нина Петровна, сидела за круглым столом на своей любимой деревянной веранде, нарезала овощи, кажется, для лечо или других закруток. Саша и Фаина бегали по двору и, кажется, брызгали деда холодной водой из ведра у колодца.
Тая молча стояла у большого окна в рубчики и треугольники. Беззаботные, радостные вопли дочерей, ясная, солнечная погода, лето, красота за окнами и за воротами дачног

- Видишь, отец, тебе нельзя курить. Береги себя, - сказал Иван, видя, что обойдётся у родителя и в этот раз. – Вам тяжело сейчас, я проведаю Таю перед отъездом. Пока.
Сын шагнул на бетонную дорожку от дома к дороге, в три прытких шага перемахнул её и стоял у своей машины. Обернулся напоследок. На похоронах было столько людей, что он и не разглядел, каким стал родительский дом за эти пару лет, что в нём изменилось. Ничего! Таким и остался. Свежевыкрашенные высокие ворота, ровная, как расчерченная дорожка к калитке, кусты сирени стали выше, не цветут, их сезон прошёл, тоже ровные, подстриженные – веточка к веточке. Двор, сад под окнами, крыльцо, даже крыша на доме вымыта. Нет, просто заменили старый шифер на железо.
Отец Ивана и Романа всегда был отличным хозяином. Этот двор и этот дом – это всё он - его руками сделано.
Иван уже завёл двигатель.
- И не вздумай к ним ехать! – по той же дорожке, что уходил Иван, снова угрожающе размахивая руками, шёл на него отец.
Иван цыкнул и подумал про себя: зачем же ты так терзаешься, отец?
И уехал.
***
- Поедем сегодня к Таисии, - просила Нина Андреевна у мужа. – Здесь Вера побудет, если кто-то зайдёт или приедет, - она посмотрела на родственницу, та как сидела за столом, так и сидит весь день.
- Я побуду.
Игорь тоже сидел в кресле и держался за грудь с левой стороны.
- Не сегодня, - жмурясь от жжения в груди, просил он.
- Но Иван… попрётся к ним!
Игорь Петрович убрал руку от груди, выпрямил спину в кресле и, сведя брови, поглядел на жену.
- Нина! В самом деле, Ванька тоже свой. Это ваш Ваня, – застрекотала тётка, пытаясь смягчить накал страстей.
Игорь снова откинулся на спинку и прикрыл глаза.
- Хорошо, Игорь, - поправив траурный платок, сказала Нина, - пойду накапаю тебе капли. Как обычно?
Он еле заметно кивнул. Родственница лишь поводила глазами и внимательно слушала, где ей надо вставить свои пять копеек, а где промолчать. На следующее утро уехала и она. Все самые родные, самые близкие по крови остались. И пусть не в одном доме, в городе, но то, что и Иван здесь, беспокоится о вдове брата - это неспроста. Возможно он от души, как брат, но семья только пару лет, как оправилась после его выкрутасов в городе. Перекрестились. Их перестали вызывать в милицию, на опознания, звонить и угрожать. Родные выдохнули с облегчением, узнав, что Иван уехал из города, позже выяснилось, он хороводил в Первопрестольной.
И вот он здесь. Непутёвый, прожжённый игрок, гуляка, изобретательный обманщик и мот.
Беда не приходит одна, - думала Нина Андреевна, ещё не выплакав глаза по единственному родному сыну. У неё вновь было самое дурное предчувствие и колени её тут ни при чём.
- Таисию и девочек надо забрать к нам, - рассуждала она вслух по дороге к ним. – Дома ей вдвойне тяжело, она никогда не оправится, всё в их квартире напоминает о Роме.
- А у нас?
- Они не жили у нас, только Рома… - и вновь несчастная мать заплакала.
- Приедем к ней, поговорим, - Игорь тронул за руку жену. Они сидели на заднем сидении в такси, смотрели каждый через своё стекло на город и прохожих на тротуарах. – И ты будешь меньше плакать, когда Фаина и Саша будут рядом.
Нина Андреевна утёрла слёзы, тихонечко высморкалась и взяла мужа крепче за руку. Он так её понимает.
Именно в такие моменты вся семья должна быть вместе.
продолжение следует __________

На поминальный обед Иван не поехал. Объявился у своих через три дня. На этот раз его встретил отец.
- И ты здесь?! – оскалился Игорь Петрович, выйдя во двор к сыну.
- Да пап, я тут.
Игорь, тяжело вздохнув, прошёл мимо сына, не пригласив в дом, не спросив: как дела.
- И тебе здравствуй, папа! – бросил ему в спину блудный сын. Игорь Петрович, не оборачиваясь, поднял руку и тут же её опустил.
Иван всё-таки вошёл в дом, где провёл несколько самых лучших детских лет.
- Ванька! – вытаращилась на него тётка по родной матери. Нина Андреевна посмотрела на него и отвернулась. – Нин, это же Иван. Ваш Иван, - бесцеремонно указывая на гостя пальцем, тётка обращалась к хозяйке.
- Мам, может, что-нибудь нужно? – спросил сын, кивнув тётке.
- Только чтобы ты уехал, - заплакала несчастная мать, потерявшая любимого сына.
Он быстро кивнул и развернулся к выходу. Всё в доме не так, везде полумрак, свечи, запах, как в церкви, зеркала занавешены – это не тот дом, который Иван вспоминал, оказываясь нос к носу с бандитами, картёжниками, следователями. Всегда находясь на грани.
- Нин, зачем же так, - забубнила тётка, — это же ваш Иван. Ну не время сейчас. Он же ничего плохого, с добрыми намерениями.
- Знаем мы его намерения. Пусть едет отсюда.
- Нина! Он ведь сын…
- Мой сын в земле лежит, а этот… - говорила Нина Андреевна, будто это Иван на своей машине лоб в лоб столкнулся в тот день с машиной Романа. – Почему Ромка?! Почему мой Рома? - завыла мать, сидя за столом. И закрыла лицо руками, не в силах смотреть на живого, здорового и красивого Ивана.
- Нина, перестань!
Иван, понимал, что хотела сказать мачеха. Нина Андреевна не родная мать Ивану, но он никогда так не считал и не называл её мачехой, только мамой. Даже сейчас, когда она жалела, что он живой, а её единственный Ромочка, родной, самый любимый. Положительный во всём до оскомины на зубах. Любящий сын, муж и отец своих дочерей погиб, а Иван жив.
- Мам, я буду в городе, после девяти дней уеду. Если что-то понадобиться…
Нина Андреевна ещё громче расплакалась.
- Вам… его жене… дочерям… отцу… - не отступал Иван. Ему не привыкать, его много раз гнали из этого дома и было за что.
Тётка утешала маму, убеждая, что всё прошло и сейчас не время кричать, при этом она поглядывала на беглого Ивана. Уходи! – читалось у неё по лицу. – От тебя одни несчастья.
За двором Иван увидел отца, он словно не хотел находиться в доме, даже в одном дворе с родным сыном, но они снова столкнулись. Игорь Петрович курил около высокого куста.
- Пап, ты бы выбросил это дело, тебе нельзя.
Игорь Петрович продолжил дымить, стоя к сыну боком.
- Как Таисия? Дома или в больнице?
- Дома, - скупо ответил отец, не поведя даже глазом в сторону сына.
- А девочки где?
- У её родителей. Они с самого начала там.
- Жалко их.
- Они ещё не понимают.
- Зря ты так. Дети понимают больше взрослых, по себе знаю.
Отец медленно повернул голову и посмотрел на сына. Это было похоже на противостояние. В глазах Ивана тоже много боли: не он один виноват, что стал посторонним в этой семье.
- Я поехал. Несколько дней ещё проведу в городе, если что - обращайтесь. У меня есть деньги, связи, я могу…
- Деньги, - брезгливо хмыкнул отец и скривился, будто тухлятиной запахло. – Знаем мы твои деньги! И связи у тебя такие же…
- Не надо, отец, - мягко просил Иван. – Роман всегда меня выручал на первых порах.
У Игоря Петровича вытянулось посеревшее лицо.
- Да, он, наверное, никому не говорил, но он не бросал трубку, когда я звонил...
- Ты и его доставал?! И его семью чуть не разрушил?
Иван отвернулся.
- Да, скорее всего, от них он и отрывал. Сейчас я крепко стою на ногах, я могу…
- Да что ты можешь? – отец пошёл на него, размахивая руками. – Кому нужны твои деньги теперь? Чьи они? Кого на этот раз развел? Ограбил? Обманул? Какую бабку в гроб загнал, чтобы франтить перед родителями вот так?! Ты забыл…
Отец хотел ударить сына, уже замахнулся, Иван даже не пытался отступить. Игорь Петрович схватился за сердце.

Нина Андреевна искала Таисию сначала глазами, потом решила отойти от мужа, хотя сама еле стояла на ногах. За невесткой надо присматривать, она не приходит в себя, рассудком тронулась.
- Игорь, где Тая? – не своим голосом, очень тихо, спросила она у мужа.
- Я поищу.
- Только была здесь. А вдруг опять упала без сознания?
- Я поищу, - оставлял жену на двоюродного брата Игорь Петрович.
Нина Андреевна успела взять его за руку, прежде чем он ушёл.
- Она тебя не услышит, мне надо.
- Но ты же сама еле стоишь на ногах.
- Я поищу.
Нина Андреевна сделала всего два шага в толпе и встала. Таисия бледно-зелёная стояла, прислонившись к высокому молодому брюнету. У Нины Андреевны голова опустилась, плечи приподнялись, она смотрела исподлобья на мужчину, похожего на цыгана, красными, будто налитыми кровью глазами.
- И ты здесь? – прохрипела она.
Темноволосый молодой человек медленно опустил веки: да, мама, и я здесь.
- Кто тебя звал? – свекровь дернула за руку Таисию, чтобы оторвать её от него. Не прислоняйся! Тая безвольным существом перевалилась на грудь маме.
- Он мой брат, - тихо вздохнув, ответил парень.
Тая качалась и гнулась к земле, словно её сейчас стошнит.
- Ей бы в дом, она не соображает ничего.
- Без тебя разберёмся, - Нина Андреевна повернула невестку к дому. Тут Таисия просто обмякла и, подкатив глаза, стала падать. Иван подхватил её по руки. В родительский дом жену брата Иван занёс на руках, в сопровождении мамы.
- Ей нельзя на кладбище, - сказал он, укладывая Таю на диван в гостиной.
- Тебя забыли спросить! – отвечала мать, ища в аптечке нашатырь. Аптечка стояла тут на виду. – Снова скорую вызовем.
- Пусть останется дома. Посмотри на неё.
- Иван, уходи!
Он встал. Мама присела к снохе, стала водить ватой у неё под носом.
- Мам я…
- Уходи!
- И тебе здравствуй, мама, - решительно ответил Иван и быстро вышел из дома, столкнувшись на пороге с несколькими близкими родственниками. Они тоже на него посмотрели, как на явление. Природное явление, которое никогда не видели. Его не должно быть здесь.
- Иван! Отец видел, что ты здесь? – вытаращив глаза, отшатнулся от него троюродный дядя.
Иван мотнул головой, ничего не ответил и, буравя толпу боком, прошёл сквозь неё, чтобы встать поодаль у дороги. Нет, лучше у соседских ворот, чтобы на него не оглядывались «свои», не шушукались.
Отец его ещё не видел. Игорь Петрович не знал, что его старший родной сын тоже здесь. Его не предупреждали, ему не звонили, Ивана давно вычеркнули из списка родни. Он тут никто.
Процессия тронулась от дома родителей. Таисии не видно нигде, судя по всему, её всё-таки оставили или она снова без сознания. Иван, не раздумывая, сел в машину и медленно поехал позади всех. Он замыкал процессию на своей иномарке.
На кладбище он тоже держался в стороне. Он чужой, он изгой в этой семье.
На его похороны столько бы людей не пришло, наверное, и родители бы не приехали. Иван последним кинул горсть земли на могилу брата, когда все уже повернули с кладбища, остались одни копачи. Так даже лучше. Брат постоял у могилы Романа с полчаса, уже и сотрудники кладбища ушли, а он стоял, не зная, что говорить в таких случаях. Для одного Романа Иван ни при каких обстоятельствах не был изгоем. Всегда, услышав голос старшего брата в трубке, когда Иван влипал в очередную невероятную криминальную историю, ему срочно нужны были деньги или он хотел предостеречь родных, Рома ласково произносил:
- ЗдорОво, брат.
Они разговаривали. С одним Ромкой Иван был честен, говорил, как есть, не приукрашивая, не обеляя себя.
- Я опять встрял, Ромыч...
Родителям и жене Рома ничего не говорил о звонках Ивана. Зачем их пугать, ему и самому после этих звонков было долго не по себе. Неделями ходил на работу и оглядываясь по сторонам, а Таю просил взять отгулы на работе, побыть с девочками дома. Хорошо, что звонки от старшего брата были настолько редкими, что семья даже не догадывалась в чём дело. Папа просто опять чудит.

А я буду его любить!
ч.2

Это дома Рома был «Рома, ей-богу, как маленький!», «Рома, когда ты уже повзрослеешь?», «Ромка, солнце моё», а на работе он был исключительно Романом Игоревичем. Ответственный, исполнительный, инициативный, твёрдый, даже старшие коллеги по работе обращались к нему по имени-отчеству – никакого панибратства, это всё после работы за воротами ГЭС.

Роман окончил школу почти на отлично с одной четвёркой в аттестате. В институте исправил положение и окончил его с красным дипломом. Получил распределение на Дальний Восток, но тут уж Игорь Петрович подключил все свои связи, Нина Андреевна не отстала от мужа, пока не добилась своего – сын остался в городе. Пошёл работать на родную почти для всех горожан ГЭС.

Несмотря на то что устроили его «по блату» на станцию, спуску молодому сотруднику не давали – гоняли как практиканта первый год, а потом он стал своим. И на похороны к нему пришли почти все работники станции.

Были одногруппники из института, даже издалека приехали, Роман был хорошим другом, переписывался с приятелями, некоторые приезжали в гости уже к семейному Роману.

Были и одноклассники со школы, учителя. Он никогда не ходил на встречи выпускников. Их бывшая староста Валя Корноухова каждый год старалась собирать почти весь дружный класс, а Рома не ходил. Обещал, божился Вале по телефону: «в этот раз буду!», но не приходил.

Вот и свиделись.

Очень много было людей на похоронах Романа. Столько, что родных матери и отца не видно было среди всех этих людей. Кто рос с ним, учился, работал, пересекался так или иначе. К Роману относились либо хорошо, либо никак. Их с Таисией квартира не вместила бы и 10-й части тех, кто пришёл с ним попрощаться.

Таисию дважды пытались забрать в больницу на скорой, уговаривали, обколов чем-то сильнодействующим, пытались увести в машину, но она будто приходила в себя, просыпалась, вырывалась, билась в машине и возвращалась к нему. К закрытому гробу.

Где были дочери, она не знала, не понимала. Где она сама находилась, тоже не соображала. Был ОН. И его уже не было.

Если она вставала на ноги, поднималась со стула, с колен, тут же на кого-то облокачивалась и тихо постанывала, приложив указательный и большой пальцы к сухим губам.

Родители держались крепче, хотя Нине Андреевне ещё больнее, чем невестке. Тая знала Романа несколько лет, а мама родила его, вырастила. Сколько же пережито Ниной Андреевной, пока мальчишки выросли, повзрослели, и их Ромка стал Романом Игоревичем...

Тая, подстреленной птицей упала на колени, закрыла лицо руками и завыла нечеловеческим голосом. Во всём доме сразу включился свет, в соседнем тоже. Нина Андреевна подбежала к снохе, Игорь Петрович быстро садился в машину к соседу по даче. Весь дачный посёлок ожил за секунды, вспыхнул от электрического света, зашевелился. Всё происходило быстро, как на скорой перемотке на видеокассете. Для одной Таисии время остановилось, а грудь сдавило словно тисками.

продолжение следует__________

Рома обернулся и посмотрел на дочек, они плескались в ванной прямо на траве у крыльца.
- Нет, сиди дома. Завтра я сказала, - обходя лужи, что наделали внучки, командовала мама, неся ведро с черешней в дом.
- Я поехал! - крикнул Роман и подмигнул отцу. Тот кинул ему ключи от машины, Роман на ходу поймал их и был таков. Ни мама, ни жена не могли его остановить. До города 15 минут, строительный прямо на въезде - через час вернётся.
- Отпустила его? - выглянула во двор Нина Андреевна и посмотрела на невестку.
- Мам, не привязывать же мне его около себя?
- А тебе и не надо, только слово скажи! Второй день, как пьяный ходит.
Таисия покраснела.
- Все посты ГАИ соберёт.
- Нина, там всего один пост на въезде.
- Всё равно быстро не обернётся, гроза будет. Ещё и учудит что-нибудь, - мама покосилась на два занятых ромашками ведра на деревянном столе под окнами.
Мама ушла, Тая и девочки остались во дворе, Игорь Петрович пошёл за дом - сразу как-то скучно стало без Романа. Резко ветер поднялся, тучи налетели. Бабушка с дедушкой кинулись к внучкам, не давая маме даже подойти к ним - не справится. В полотенца укутали обеих и бережно в дом унесли, чаю горячего заварили, бабушка Нина варенье малиновое достала.
Пошёл дождь. Сначала стеной стоял, калитки не видно было с веранды, а потом успокоился и припустил спокойно без остановки на час. Таисия сидела у окна и смотрел на мокнущие под дождём цветы в вёдрах. Не любовалась ими, а жалела, жалела, что с мужем не поехала. Он, как назло, не едет к ним.
Прошло три часа, дождь закончился, солнце снова выглянуло из-за туч, от мелких луж во дворе поднимался едва заметный пар. Тая всё сидела у окна. Её звали дочки поиграть, свёкор что-то спросил один раз, а она всё смотрела на металлически забор и калитку - нет машины, нет Ромы.
Солнце закатилось за лес, пятый час пошёл, а Романа нет. Таисия уже не сидела у окна, выходила на улицу со двора на дорогу - нет машины - никого нет, только примятая трава от колёс и сильного дождя.
- Приедет он! - утешала её свекровь, собирая к ужину на стол, смеркаться уже начало, детей кормить надо. - Опять выдумал для тебя что-то.
- У меня сердце не на месте, мама, - прижимая руки к груди, ответила Тая.
- Да что с ним будет? Он водит машину с 18-ти лет. Дорогу сюда назубок знает, сколько раз нас с отцом отсюда забирал.
- Не могу, мам. Так и рвёт в груди, царапает, - закрыв глаза, словно прислушиваясь к своему сердцу, Тая сильнее прижала ладони к себе.
Только сели за стол, Тая заметила свет фар на дороге за двором. Не помня себя, она побежала на улицу навстречу мужу. Игорь Петрович пошёл за нею, темно ведь.
Машина приближалась, а Таисия металась у калитки, уже и к свёкру прижалась, оба видели: свет не тот, это не их машина.
- Не к нам, Таисия, - пытался увести её обратно свёкор. Машина не спеша, будто впервые ехала здесь, миновала соседний участок с домом. Волга ехала к ним. - Это Федька с крайнего участка, - Игорь Петрович тянул за руку сноху, узнав машину. - Боится новую машину испачкать грязью после дождя. Пойдём.
Таисия, плача в потёмках, она уже не могла держать себя в руках, слёзы сами текли по щекам, но она шла во двор.
- Игорь! - остановился Волга около их калитки. Тая, шатаясь, плелась в дом по мокрой тропинке, свёкор закрывал калитку. - Игорь! Твои Жигули 8026? Бежевые?
- Мои.
- Угнали? Прямо от двора, что ли?
Таисия всем телом развернулась на мужские голоса у забора.
- Как же так? Прямо здесь? С участка? А я подумал, спутал. Тебя же не увидел, ГАИшники не подпускают никого к месту аварии. Столько машин на повороте собралось, две скорые.
- Да что там случилось?! Скажешь ты наконец! - заорал на соседа хозяин.
- Врезались две машины. Прямо у нас на повороте на дачи. ЗИЛ гружённый и твои Жигули. Есть погибший.

- Чего ты кричишь?! - вышел на веранду и хозяин дома Игорь Петрович. Усатый мужчина, с сияющей лысиной на голове и круглым животиком. Он был похож на доброго капитана Врунгеля из детской книжки. Таким же добряком был и в жизни. - Девочек разбудила, мать, - выговаривал он жене.
Роман и Тая одновременно присели на корточки, первой отвела глаза и стала скорее собирать цветы с пола Тая, Роман просто любовался ею.
Ни одна пара на свете не была влюблена друг в друга, как эти двое в этот миг. И ни один мужчина так не смотрел на свою женщину, как Рома на Таю.
Бабушка с дедушкой пошли к внучкам одевать их к завтраку, что взять с их глупых родителей, у них одна любовь на уме, какие им дети, когда сами порою ведут себя по-детски несдержанно, безрассудно.
Из глубины дома послышались голоса деда и бабушки, маленькой Саши и громкой, неверное, в отца пошла, Фаины - старшенькой девочки Романа и Таисии.
Роман кивнул жене в сторону улицы, оба собрали все цветы, остались только немного белых лепестков, травы и мусора на полу. Он вышел первым, Тая за ним. Ромашки бросили на скамейку у колодца, ведро воды так и не набрали, сбежали к лесному озеру за родительским участком.
Явились, когда все, кроме них позавтракали. Налетели на еду, как с голодного края, съели всё, что увидели на столе.
Двухлетняя Саша сидела у деда на коленях и смеялась, он щекотал её. Четырёхлетняя Фая важной павушкой ходила за бабушкой по пятам и так же, как и она, изображала саму серьёзность и строгость. Даже на родителей посмотрела вкинув одну бровку вверх, они показались в дверях дома с мокрыми волосами.
- Удумали, - ворчала себе под нос Нина Андреевна, - купаться в озере в лесу спозаранку. Не хватало простудиться в самом начале, чтобы весь отпуск потом пластом пролежать.
- Мам, да не купались мы, - подмигивая жене, отвечал Роман, - ноги помочили, по берегу походили - вода тёплая.
На этот раз мама не слушала сына, а поторапливала его, выгоняя вместе с отцом и девочками на улицу, пока не совсем жарко, пусть помидоры подвяжут, а они тут, а Таисией в четыре руки быстро закатают огурцы. Не целый же день с ними возиться.
Всех распределила бабушка, всем нашла работу. У внучек было самая главная забота - веселиться на свежем воздухе, есть фрукты и ягоды прямо с веток и грядок, да побольше! Нина Андреевна заставила сына набрать в старую ванную воды из колодца, поставить на солнце, чтобы прогрелась, так что после обеда внучки резвились в воде на солнышке. Их папа и дедушка поправляли сарайку за домом, Таисия весь день была на подхвате у свекрови. Шумно было, звонко в тот день на даче Свиридовых - уезжать не хотелось. Вот тут бы и провести тут целое лето.
- Нам с Романом в город надо, - вернувшись из-за дома, сказал Игорь Петрович. - Не надолго. Купим саморезы в строительном - не хватило. Рейка нужна и желательно брус квадратный, если будет. Крышу подлатать надо, а то зимой может не выдержать и завалится от снега.
- Не сегодня - перебирая черешню на скамейке у колодца, просила Нина Андреевна. - Погода портится - она посмотрела на небо. Чистое, без единого облачка, голубое, бездонное небо.
- Ты чего, мать? - дивился ей Игорь Петрович. - Чего там портится? На небе ни пушинки.
- А я говорю, гроза будет! Не спорь со мной, Игорь. Ты же знаешь, мои колени меня ни разу не обманули.
- Знаю, - почесал он лысину.
- Не сегодня. Лучше в другой день, мы тут ещё неделю будем.
Отец и сын расстроились немного, у них были и другие планы в городе - ничего такого, всё по пути. Пива хотели на розлив взять, а то когда летели сюда, будто опаздывали. Нина Андреевна всех подгоняла, боялась черешня осыплется, огурцы горчить начнут и превратятся в кабачки, клубнику соседи по участку оборвут, внучки не поедят свежей, экологически чистой.
- Па, давай я сгоняю быстро! - вышел вперёд весь взмыленный от жары и работы в сарае Роман. Таисия недовольно посмотрела на него, головой мотнула: не вмешивайся! Она не хотела, чтобы мама ворчала потом весь вечер.

Тая отпустила маму, села рядом за круглый стол, кутаясь в огромный вязанный, кажется, мамин платок. Она дотянулась и взяла недоеденный мужем огурец со стола и тут же откусила.
- Сладкие, - прикрыв глаза, улыбнулась Тая.
- Ну так свои же, не с рынка.
- Мам, вы Рому не видели? - оглядываясь по сторонам, спросила Таисия.
- Как же не видела! Был тут у меня. Как слон в посудной лавке нашумел, небось грохотом своим и разбудил тебя?
- Да нет, - мягко улыбнулась Тая. - Птицы расшумелись на балконе, заигрались.
- Отправила я твоего Ромку за укропом.
Тая посмотрела на чашку у стола и начала помогать свекрови, видя, как она заторопилась с последними огурчиками.
- Во сколько же вы встали?
- Да рано, Таечка. Я всегда встаю раньше солнца красного, а на даче ещё раньше, пока пекло не началось.
- Вчера днём было жарко, - выложив горкой перед мамой последние мытые огурцы из эмалированного таза с водой, Тая подхватила его, чтобы вынести на улицу, вылить из него воду.
- Куда ты! - подскочила мать. - Что же ты хватаешь такую тяжесть. Оставь, сейчас Роман придёт, выплеснет воду. Не трогай! Не таскай тяжести.
- Да ладно, мам. Тут литров пять, не больше.
И Тая вынесла на улицу и выплеснула на грядку воду из тазика. Вернулась, свекровь уже закончила с банками, крышками накрыла. На газовой плите закипало ведро с водой для них, но Нина Андреевна подошла и выключила его - сначала завтрак, а потом закрутки. В четыре руки свекровь и невестка стали накрывать на стол, когда девочки проснуться, всё будет готово. На ходу Нина Андреевна рассказывала, какой хороший урожай в этом году на даче и как хорошо, что вместе приехали, надо бы и в другой раз вместе, а то не успеет всё собрать одна.
- Хотя Роман такой помощник, - чуть поморщилась мама, вспомнив, как он чуть не вытоптал вчера редис в огороде. Тая тоже вспомнила этот момент, обе женщины рассмеялись. - Вот где он сейчас? Скоро все проснуться, завтракать надо, а его нет.
- Придёт, мам. Наверняка к озеру пошёл. Он мне сто раз рассказывал, как там красиво рано утром. Какая дымка поднимается над водой.
- То рано утром, а сейчас уже восемь.
Чтобы мама не волновалась и не ругала сына, невестка стала расспрашивать, как она закрывает огурчики и помидоры. Сама она не умеет, учиться не хочет. Зачем? Свекровь и так передаёт зимою столько, что хватило бы на две семьи и закрывает летом много. Почти всё лето тут на даче пропадает.
За большими окнами показалось облако. Огромное, бело-зелёное облако из ромашек. У крыльца царапнуло по стеклу и сразу ворвалось внутрь, перебивая запах укропа, лаврушки, специй, всё вокруг заполнилось горьковатым ароматом дикой ромашки. Цветки её настолько крупные, стебли высокие, Романа не видно было за ними.
Он бросил цветы прямо на пол к ногам любимой жены и расплылся в блаженной улыбке.
- С добрым утром, любимая... Милая.
Тая не знала, как реагировать, стояла с ложками и чашками в руках, смотрела на стог ромашек перед собой.
- Ну и зачем, Роман? - разволновалась мама. - Зачем же ты их в дом притащил? Всякие букашки таракашки сейчас расползутся по дому. Неси во двор. В ведро ставь. Только воды не забудь набрать.
Нина Андреевна начала поднимать с пола дикие цветы, для неё это сорняки, бурьян, а для Таисии самые необыкновенные в мире цветы. Молодые не слышали маму, не видели перед собой никого, смотрели друг на друга влюблёнными глазами. Головы кружились от аромата диких цветов или друг от друга. 5 лет они вместе, 5 лет ещё пьянит друг от друга, как на первом свидании. Роман готов не то что ромашки бросить к ногам Таи - весь мир! Небо. Он будет любить её и дочерей вечно, бесконечно!
5 лет они не расстаются, и все эти годы он не устаёт делать неожиданные сюрпризы, а Тая смотреть на него, как сейчас, не помня себя от счастья.

А я буду его любить!
ч.1
Роман на носочках босыми ногами пробирался через темный коридорчик на веранду, как он не старался быть тише половицы деревянного пола предательски поскрипывали под ним. Мама всё равно его не слышала, усердно намывая и укладывая в банки, вталкивая кулаком, если требовалось огурчики из тазика с водой на столе.
Роман, с трудом сдерживаясь, чтобы не рассмеяться вслух, подкрался-таки к матери со спины и закрыл ей глаза руками.
- Ой! - вздрогнула Нина Андреевна на стуле. Одна рука её так и осталась в стеклянной банке. - Рома, а то я не узнаю твою лапу? Как маленький, ей-богу.
- Так, неинтересно, мам, хоть бы подыграла, - взрослый сын убрал руки от маминого лица, ловко перескочил и сел на свободный стул напротив мамы, не забыв при этом ухватить из таза с водой самый смачный, самый пупырчатый, самый зелёный огурчик. Он аппетитно и громко хрустнул им.
- Куда на голодный желудок? - закудахтала мама на взрослого сына. Кто бы её слушал. У Ромки глаза светятся от счастья, улыбка не сходит с лица даже с набитым ртом. Сразу видно, ночь с молодой любимой женой была бессонной. Тая - его жена ещё спала наверху на мансардном этаже дачи.
В этом году собралась вся семья в посёлке. Молодые обещали целую неделю провести с родителями на даче, помочь.
Нина Андреевна перечисляла сыну, что приготовила к завтраку, что уже сделала за утро.
- Во сколько же ты встала, мама? - отложив недоеденный огурец на стол, глядя через большие окна на улицу, на залитые солнечным теплом мамины кусты малины, на берёзку у калитки, на грядки с клубникой левее от неё, на тяжёлые от ягод ветки черешни. Хотелось на улицу, прямо босиком по траве, по прохладной росе.
- Да, как обычно, Роман, - снова заскрипела огурцами в стеклянной банке мама. - Я в городе долго не сплю, а тут ещё раньше встаю. Таечка, как? Не устала вчера? На солнце не перегрелась?
Сын с такой нежностью посмотрел на мать. Грохнув стулом на пол, подскочил к ней и обнял за плечи, так крепко, что Нина Андреевна чуть банку не выронила из рук.
- Какая же ты у меня, мама... Люблю вас!
- Пусти, - еле дыша, но всё равно улыбаясь, просила мама. - Задушишь! И не шуми! Девочек разбудишь, - серьёзнее просила она, когда сын отпустил её и встал у окна. - Когда же ты повзрослеешь, Ромка! 25 лет, дочки растут, а ты, как мальчишка. Я тебя таким не помню. Серьёзным вроде был всегда, а тут...
- Я просто счастлив, мама, - задумчиво ответил он. - Я так люблю Таисию, если бы ты знала как! И девочек, и вас. Я даже и не знал, что можно быть таким счастливым.
- Вот и береги своих девочек - не шуми, пусть поспят.
- Да, мама.
Но опять неудачно повернулся к ней и загремел какой-то посудой на металлической этажерке справа от себя.
- Роман! - вздохнула Нина Андреевна.
- Прости, мамулечка.
- Иди уже на двор!
- Иду, - собрался Роман и встал на пороге.
- И там не вздумай шуметь! У Таисии балкон открыт на верхнем этаже.
- Я знаю, мам! - хотел поскорее сбежать Роман.
- Да постой же! - махнула ему мама. - Сходи на конец участка, сорви укропа для закруток, со шляпками. Да побольше. Я про него совсем забыла.
Нина Андреевна просто хотела подальше сослать сына, чтобы не устроил тарарам во дворе - он мог и танцевать пуститься. Она толкнула ногой под круглый стол целую чашку с укропными шляпами. Запах от них стоял на весь дом, не спутаешь, но Рома не чувствовал, от помнил только запах тела своей жены.
Роман в нательной майке и спортивных штанах на босу ногу пошёл по тропинке за дом, на большой родительский огород. Нина Андреевна с облегчением вздохнула - успеет! Успеет последние три банки собрать, пока муж, невестка и внучки не проснулись. Она начала быстрее работать руками из таза с водой в банку и обратно.
- Доброе утро, - и снова Нину Андреевну за плечи обхватили чьи-то руки, тонкие, гибкие, белоснежные. Таисия обняла свекровь, склонив голову к её голове и осыпав её своими светлыми, душистыми волосами.
- Привет, родная, - погладила её по руке свекровь влажной рукой. Только и успела, что о передник вытереть руки.

https://dzen.ru/a/aYnSH4d5iDZ0GgNC

Пока ссылка из Дзен. К следующей публикации уже разберусь что к чему. До встречи и в МАХ.

первая попытка публикации здесь.

https://dzen.ru/a/aYck7FcQjytlkGiN?share_to=max