Встала в туалет, а попала на собственные похороны: что муж обсуждал за моей спиной? Нет, я не умерла...

В три часа ночи мир кажется ненастоящим. Он плоский, черно-белый и пахнет пылью, осевшей на тяжелых бархатных занавесках. Я проснулась от жажды, но это была не просто физическая потребность в воде. Это было
Читать далее

🥰 ПРИГОТОВЬТЕ ТАК ГОЛУБЦЫ, это очень вкусно! Сегодня я буду готовить голубцы, такие, как когда-то готовили в деревне! С фаршем и салом, ну очень хорошие и простые в приготовлении!

Какие продукты нужны:

Капуста 2 головки
Показать рецепт полностью

Только не говорите, что не делали так! 😂

Не забудь подписаться 👇🏻

🍽 Редкость для MAX — канал, где рецепты реально получаются

Без лишних ингредиентов и сложных шагов.
Готовят, сохраняют, повторяют.

👉 Шеф-повар | Рецепты и хитрости

Подписывайся 👇
https://max.ru/sheff_povar

❗️Вы видели эти цены на WILDBERRIES? 😳

Такие цены быстро убирают,
как только о них становится известно!

Мы собираем
самые жирные скидки до −80–90%

↓Выбирай канал для себя! ↓

👩 Женский WB • Подписаться
🏠Для дома WB • Подписаться
🇨🇳Гаджеты из Китая • Подписаться
👨Мужской WB • Подписаться
💅Косметика с WB • Подписаться

❗️"ИДИОТЫ" – так нас называют китайцы, глядя на то, что мы едим

По их словам, мы неправильно следим за питанием, из-за чего выглядим на 7-8 лет старше своего возраста и страдаем от лишнего веса.

Чтобы это исправить, они создали русскоязычный канал Формула Еды

Там объясняют, как за неделю скинуть 2-3 кг и без модных диет иметь подтяную фигуру, как у атлета.

Хотите привести тело в порядок, не ограничивая себя в питании? Добро пожаловать: max.ru/mypiterb

Жизнь – как хорошая книга. Чем глубже погружаешься, тем больше понимаешь смысл.

Не забудь подписаться 👇

Берегите себя! Ждите радостей!
Пусть рассветы в глазах не кончаются.
Если верить всегда только в лучшее -
Чудеса непременно случаются. ✨

Не забудь подписаться 👇

рядом и обняла ее за плечи. Мы сидели так минут десять, молча. Потом она вытерла слезы и криво улыбнулась.
— Знаешь, я отдала бы все эти шубы и поездки, чтобы вернуться в прошлое и не встретить его никогда.
— Я тоже, — призналась я. — Но теперь хотя бы мы знаем правду. Можем начать жизнь заново. Без него.
Она кивнула.
— Лен, давай не будем терять связь. Глупо было бы расстаться сейчас. Мы прошли через это вместе.
— Давай, — я улыбнулась.
Мы обменялись настоящими телефонами, без спешки и суеты. Вика проводила меня до двери. На прощание я достала кольцо бабушки и надела на палец. Оно казалось теплым, будто хранило в себе память о всех женщинах нашей семьи, которые тоже переживали обманы и предательства, но находили силы жить дальше.
На улице шел дождь. Я шла к автобусной остановке и чувствовала странную легкость. Да, я потеряла жениха. Да, три года отношений оказались ложью. Но я обрела правду. И это было дороже любых иллюзий.
А еще я поняла, что не одна. Что есть женщины, которые поймут. И что иногда встреча на остановке может перевернуть всю жизнь — но не разрушить, а спасти.

Не забудь подписаться 👇

ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Прошло семь минут. Потом восемь. Девять.
Хлопнула входная дверь.
— Викуль, я дома! — раздался знакомый голос.
Мой желудок сжался в комок. Вика встала и вышла в коридор. Я осталась в спальне, прижавшись спиной к стене рядом с дверью. Слышала каждое слово.
— Привет, солнце, — Андрей чмокнул Вику в щеку. — Как дела? Соскучилась?
— Очень, — ровным голосом ответила Вика. — Проходи в гостиную. У нас гостья.
— Гостья? — в его голосе прозвучало удивление. — Кто?
— Увидишь.
Они прошли мимо спальни. Я сделала глубокий вдох и вышла следом. Андрей стоял спиной ко мне, снимая куртку. Повернулся — и замер.
Лицо его исказилось так, будто он увидел призрака. Цвет сошел с кожи, глаза расширились. Рот приоткрылся, но ни звука не вышло.
— Привет, Андрей, — сказала я. — Или тебе привычнее Володя?
Он метнул взгляд на Вику, потом на меня. Пытался что-то сказать, но слова застревали в горле. Несколько секунд он просто стоял, открывая и закрывая рот, как рыба, выброшенная на берег.
— Лен... Я... Это не то, что ты думаешь, — наконец выдавил он.
— Не то? — я рассмеялась. — А что это, Андрей? Просветишь?
— Вика, это недоразумение, — он повернулся к жене. — Она... она моя сестра. Двоюродная.
Я фыркнула.
— Сестра? Серьезно? Это лучшее, что ты смог придумать?
— Володя, хватит врать, — устало сказала Вика. — Мы все знаем. Все. Про ее кольцо на моей руке. Про твою двойную жизнь. Все.
Андрей попятился к стене. Лицо его перекосилось. Я видела, как он лихорадочно пытается найти выход, придумать новую ложь, которая склеит развалившийся мир. Но не находил.
— Ладно, — наконец сказал он, и голос его стал жестким. — Да, я встречался с вами обеими. И что теперь? Вы думаете, я один такой? Каждый второй мужик так живет. Просто я не прятался по углам.
— Не прятался? — Вика шагнула вперед. — Ты построил целую систему лжи! Две квартиры, два образа, два имени!
— Я давал вам то, что вы хотели! — огрызнулся он. — Тебе, Вика, нужен был богатый муж. Красивая жизнь, статус, понты. Я дал тебе это. А ты, Лена, хотела простого, надежного парня, который будет копить на свадьбу и говорить о любви. Я дал и это. Обе получили, что хотели.
Меня затрясло от ярости.
— Ты украл мое кольцо! Единственное, что осталось от бабушки!
— Продал, — равнодушно бросил он. — Нужны были деньги на подарок Вике. Думал, ты не заметишь.
Вика закрыла лицо руками. Я подошла ближе.
— Ты мерзавец. Ты использовал нас. Обеих.
— Ну и что теперь? — он усмехнулся. — Пойдете в полицию? Скажете, что мужчина изменял? Это не преступление. Я никого не грабил, не бил, не насиловал. Просто жил, как хотел.
— Ты украл кольцо, — повторила я. — Это кража. Статья.
Андрей поморщился.
— Попробуй докажи. Кольцо у Вики. Я могу сказать, что подарил его ей, и она не знала, откуда оно. А ты просто бывшая любовница, которая решила отомстить.
Я поняла, что он прав. Юридически прижать его будет сложно. Но моральное удовлетворение от того, что его ложь раскрыта, все равно грело душу.
— Убирайся, — тихо сказала Вика. — Сейчас же. Забирай свои вещи и уходи. Завтра подам на развод.
— Развод? — он рассмеялся. — Вика, милая, мы не расписаны. Штамп в твоем паспорте поддельный. Купил за три тысячи в переходе. Так что никакого развода не будет.
Вика побледнела. Я видела, как у нее подгибаются ноги. Она опустилась на диван.
— Значит, все это время... я даже не была твоей женой?
— Нет, — он пожал плечами. — Просто сожительница, которая оплачивала мою красивую жизнь. Спасибо, кстати. Было весело.
Я подошла и ударила его. Сильно, со всей силы. Ладонь обожгло, но мне стало легче. Он потрогал покрасневшую щеку и скривился.
— Ну все, теперь это уже нападение. Могу заявление написать.
— Пиши, — бросила я. — И я напишу. Про кольцо. Про мошенничество. Пусть разбираются.
Андрей понял, что игра окончена. Он прошел в спальню, собрал вещи в сумку и вернулся. На прощание бросил:
— Вы сами виноваты. Слишком доверчивые. В жизни так нельзя.
Дверь хлопнула. Мы остались вдвоем — две обманутые женщины в разрушенной квартире.
Вика заплакала. Я села

Начало истории читать 👉 НАЧАЛО ИСТОРИИ

..Жила-была девочка. Однажды она купила книгу «Как общаться с дураками». Пропустила предисловие и сразу читать принялась. И жаль, что пропустила. Потому что в предисловии написано, что с дураками можно и не общаться....

Не забудь подписаться 👇

ЭТОТ САЛАТ УДЕЛАЛ ШУБУ И ОЛИВЬЕ!

Три года назад мы отмечали Новый Год в Питере, в уютном семейном кафе. Этот салат на праздничном столе был не только самым красивым, но и самым вкусным. И поскольку хозяйка заведения была знакомой одного из наших друзей, мне не составило труда разузнать рецепт. С тех пор я готовлю его не только на Новый Год, но и на другие праздники. Он неизменно пользуется огромной популярностью.

ИНГРЕДИЕНТЫ:
- грибы 300 г
- куриное филе 200 г
Показать полностью…

Привыкайте не злится на зло, а рискните помочь, разобраться…
Если кто-то вдруг начал «кусаться», значит, в чем-то ему не везло…

Не забудь подписаться 👇

‼️ Во вселенной МАХ стартовало самое смешное юморное сообщество. Добро пожаловать в С нами стыдно зато весело!

Здесь живёт юмор, от которого смеёшься до слёз и краснеешь. Шутки любой степени дерзости, которые рассмешат кого угодно. Заходи и смейся без границ! 👇

Человек отправляется в мир, чтобы познать его, но познает лишь самого себя. Он всматривается в себя и обнаруживает целый мир

Эрих Мария Ремарк

Не забудь подписаться 👇

Печёночный торт «Моя субботняя любoвь».
Многие морщатся от одного слова «печень»... Но это только потому, что они ни разу не пробовали ЭТО чудо! Сегодня я наконец-то вывела для себя идеальный рецепт — методом проб и ошибок. И теперь делюсь с вами беспроигрышным вариантом👌🏻
Показать рецепт…

Я достала из сумочки копию выписки из Росреестра и аккуратно положила ее на стол, прямо поверх блюда с карпаччо.
— Согласно завещанию Матвея Ильича, единственным собственником земельного участка, на котором расположен ваш автосалон «Элит-Авто», являюсь я. Анастасия Павловна Воронова.
Свекровь схватила бумагу. Ее руки тряслись так, что лист шуршал.
— Это... это бред! Петя, скажи ей!
Петр Сергеевич выхватил документ. Он читал, и с каждой секундой он становился все меньше. Его плечи опустились, спесь исчезла. Он узнал печать, узнал фамилию нотариуса.
— ООО «Вектор»... учредитель... Матвей Ильич... — прошептал он. — Так это он? Тот старик, который приходил пять лет назад и которого я выгнал с охраны?
— Да, — кивнула я. — Он хотел просто поговорить. Предложить партнерство. Вы назвали его бродягой.
— Настя... — голос Артема дрогнул. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. В его глазах загорелся жадный огонек. — Настя, так мы... мы богаты? Это же... это же все меняет!
Я повернулась к мужу.
— Нет, Артем. Это ничего не меняет. Ты вчера смеялся над моим наследством. Ты советовал отдать его государству.
— Я шутил! Я просто не знал! Малыш, ну ты же понимаешь, нервы, давление отца... Мы же семья!
— Семья? — я обвела их взглядом. — Семья — это те, кто был рядом на похоронах. Семья — это те, кто не называет родных голодранцами. Вы не семья. Вы — террариум.
— Настенька, — вдруг елейным голосом запела Регина. — Ну что ты сердишься? Мы же любя. Мы просто хотели тебя замотивировать! Слушай, давай завтра поедем в СПА? Вдвоем! Я все оплачу... ой, то есть, ты теперь сама можешь...
— Замолчите все! — рявкнул Петр Сергеевич. Он понимал серьезность ситуации лучше всех. — Настя. Анастасия Павловна. Давай поговорим как деловые люди. Сколько ты хочешь? Я заплачу любую аренду. Только не закрывай салон.
— Деловые люди не ведут дела с теми, кто их не уважает, — отрезала я. — Мой юрист подготовил уведомление. Договор аренды расторгается. У вас 30 дней на вывоз имущества и снос строений.
— Ты не посмеешь! — взвизгнула свекровь. — Мы разоримся! Мы пойдем по миру! Ты хочешь нашей смерти?
— Я хочу справедливости. Вы называли меня бесприданницей. Теперь я — хозяйка положения. А вы — должники.
Я встала из-за стола.
— Артем, я подаю на развод. Вещи можешь не забирать, я уже отправила их курьером к твоей маме.
— Настя, стой! — Артем бросился ко мне, пытаясь схватить за руку. — Ты не можешь так поступить! Я люблю тебя!
Я отдернула руку.
— Ты любишь деньги отца. Теперь у отца денег нет. Посмотрим, кого ты полюбишь теперь.
Я вышла из особняка в прохладный вечерний воздух. Моя «девятка» стояла за воротами — я принципиально не стала заезжать внутрь. Сев за руль, я погладила старую оплетку руля.
— Ну что, дедушка, — прошептала я. — Мы справились.
Прошел месяц. Это были самые тяжелые и самые сладкие дни в моей жизни. Вороновы пытались судиться, угрожать, умолять. Артем ночевал под дверью, пел серенады, клялся в вечной любви. Но я была непреклонна.
В последний день срока аренды я приехала к автосалону. Там царил хаос. Рабочие демонтировали вывески, вывозили оборудование. Петр Сергеевич стоял у пустых витрин, постаревший и жалкий. Увидев меня, он не сказал ни слова, только отвернулся.
Я не стала сносить здание. Я переоборудовала его. Теперь там, где раньше продавали люксовые авто для избранных, открылся городской центр детского творчества имени Матвея Ильича. Бесплатный для всех.
Артем пытался вернуть меня еще полгода. Потом я узнала, что он женился на дочери владельца сети продуктовых магазинов. Говорят, она держит его в ежовых рукавицах и заставляет работать грузчиком, чтобы «узнал жизнь».
А я... Я осталась работать в библиотеке. Только теперь я приезжаю туда на хорошей машине, а по вечерам контролирую работу строительного холдинга. Я научилась отличать вилку для рыбы от вилки для салата, но гораздо важнее то, что я научилась отличать людей от манекенов. И я знаю точно: дедушка бы мной гордился.

Не забудь подписаться 👇

ристы, дадим взятку, все решится.
Увидев нас, они натянули дежурные улыбки.
— О, молодежь пришла, — бросила Регина, листая журнал на диване. — Настя, ты опять в этом сером свитере? У тебя что, траур круглый год? Ах да, дедушка... Кстати, ты уже продала его избушку? Мы с девочками хотим устроить вечеринку в стиле «рашн вилладж», нам бы пригодились старые самовары, если они там есть.
— Самовары есть, — спокойно ответила я, садясь за стол. — Но они не продаются.
— Все продается, милочка, — усмехнулась Алина. — Вопрос только в цене. Хотя, откуда тебе знать про цены. Ты же привыкла к бесплатному сыру.
Ужин начался. Разговор, как всегда, крутился вокруг денег, покупок и «тупости» окружающих. Меня словно не существовало. Я была просто декорацией, подтверждающей их статус.
— Артем, — вдруг обратился отец к сыну. — Ты говорил с Настей насчет машины?
— Да, пап. Она уперлась. Не хочет сдавать в утиль.
— Глупо, — отрезал Петр Сергеевич. — Настя, послушай опытного человека. Содержать старый хлам дороже, чем ездить на такси. Твой дед был, видимо, скрягой и недалеким человеком, раз держался за это железо. Гены — вещь упрямая, но ты постарайся их преодолеть. Мы не хотим, чтобы наш двор выглядел как свалка.
Я аккуратно положила вилку. Звук получился громким.
— Мой дед, Петр Сергеевич, был не скрягой. Он был инвестором.
За столом повисла тишина. Потом Алина прыснула:
— Инвестором? В навоз и картошку?
Все засмеялись. Артем тоже улыбнулся, глядя на меня с укоризной: «Ну зачем ты начинаешь?».
— Инвестором в землю, — продолжила я твердым голосом, глядя прямо в глаза свекру. — В частности, в землю на улице Ленина, 45.
Смех оборвался. Петр Сергеевич замер с бокалом у рта. Его лицо начало медленно наливаться кровью.
— Что ты сказала? Откуда ты знаешь этот адрес?
— Я была у нотариуса вчера. Оформляла наследство того самого «недалекого скряги».
ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

а и не позорься.
Я не стала спорить. Я просто ушла.
Офис Бориса Игнатьевича напоминал музей. Дубовые панели, запах дорогой кожи и старых книг. Сам нотариус, седовласый мужчина с военной выправкой, встретил меня как родную.
— Анастасия Павловна, — он пожал мне руку. — Примите мои глубочайшие соболезнования. Уход Матвея Ильича — потеря для всех нас. Он был уникальным человеком.
— Вы были друзьями?
— Партнерами. Более тридцати лет.
Он пригласил меня сесть и положил на стол толстую папку.
— Давайте сразу к делу. Ваш дедушка вел двойную жизнь. Для всех он был простым деревенским пенсионером. Но в деловых кругах он был известен как «Матвей-Монолит». В 90-е он скупил ваучеры у всего района, но не пропил их, как многие, а вложил в строительство. Потом удачно сыграл на бирже. Потом — земля.
Он открыл папку.
— Итак, к сути. Вам, как единственной наследнице, переходит:
Контрольный пакет акций строительного холдинга «Север-Строй».
Счета в трех банках. Общая сумма... скажем так, восьмизначная в валюте.
Недвижимость в Москве, Сочи и за границей.
И, что самое интересное в текущей ситуации, земельные активы в нашем городе.
Я слушала его, и у меня кружилась голова. Это шутка? Розыгрыш?
— Подождите... Мой дед — миллионер? Но почему он жил в развалюхе?
— Он ненавидел показуху. Говорил: «Деньги любят тишину, а счастье любит простоту». Он боялся, что богатство испортит вас или вашу маму. Он копил для вас, Настя. Ждал, когда вы повзрослеете и найдете достойного человека.
Нотариус сделал паузу и внимательно посмотрел на меня.
— Кстати, о достойных людях. Матвей Ильич знал, за кого вы выходите замуж. Он наводил справки о семье Вороновых.
— Знал?
— Да. И оставил вам особый «подарок». Видите этот кадастровый номер? — он указал на документ. — Это участок земли на улице Ленина, 45.
— Это адрес главного автосалона моего тестя...
— Верно. Ваш дедушка выкупил эту землю пять лет назад через подставную фирму. Вороновы арендуют ее. Договор аренды истекает ровно через две недели. Матвей Ильич специально не продлевал его, оставил решение за вами. Если вы не подпишете продление, по закону у них будет 30 дней, чтобы снести свои постройки и освободить участок.
Я онемела. Весь бизнес Вороновых, вся их спесь, все их богатство держалось на земле, которая принадлежала «нелюдимому старику в ватнике».
— Петр Сергеевич знает?
— Нет. Он думает, что владельцы — какая-то московская корпорация. Он уже месяц пытается связаться с ними, паникует, потому что без этого салона он банкрот. Все его кредиты завязаны на этот оборот.
Я взяла документы. Руки дрожали, но уже не от страха, а от осознания силы.
— Спасибо, Борис Игнатьевич. Я знаю, что делать.
— Матвей Ильич просил передать вам еще кое-что, — юрист улыбнулся. — Он сказал: «Когда будешь решать судьбу Вороновых, вспомни их тост на свадьбе».
Я вышла на улицу. Город шумел, но теперь я слышала этот шум иначе. Я больше не была бесправной мышкой. Я была кошкой, которая гуляет сама по себе.
Вечером я вернулась домой. Артем лежал на диване и смотрел футбол.
— Ну что, вступила в права? — лениво спросил он. — Много миллионов отвалили? Хватит на новые коврики в «девятку»?
Я посмотрела на него долгим взглядом.
— Достаточно, Артем. Достаточно.
— Ладно, проехали. Мама звонила, приглашает завтра на семейный ужин. У отца проблемы на работе, он злой как черт, надо его поддержать. Будь добра, оденься нормально. И не говори про деда, не порти аппетит.
— Обязательно, — сказала я. — Этот ужин я не пропущу.
Особняк Вороновых встретил меня привычным холодом. Домработница забрала мое пальто с таким видом, будто оно было заразным. В гостиной царило напряжение. Петр Сергеевич мерил шагами комнату, нервно куря сигару, хотя Ирина Павловна ненавидела дым в доме.
— Эти ублюдки не отвечают на звонки! — рычал свекор. — Две недели до конца аренды! Если они не продлят, банк заморозит счета. Мы потеряем дилерство!
— Петенька, успокойся, — ворковала свекровь, поправляя жемчуг. — Ну кто в здравом уме откажется от наших денег? Они просто набивают цену. Заплатят ю

Родня мужа смеялась над моим приданым и называла «бесприданницей». Но когда нотариус огласил завещание деда, они первыми прибежали ко мне...
Я стояла перед зеркалом в дамской комнате ресторана «Версаль» и пыталась унять дрожь в руках. Отражение показывало бледную девушку с большими испуганными глазами. Мое свадебное платье, которое еще утром казалось мне верхом элегантности, здесь, среди позолоченной лепнины и хрустальных люстр, выглядело жалкой тряпкой. Синтетический атлас предательски блестел под ярким светом, а простой крой, призванный скрыть худобу, лишь подчеркивал мою неуверенность.
За дверью гремела музыка. Там, в банкетном зале, семья моего мужа, Артема, праздновала... нет, не нашу свадьбу. Они праздновали свое великодушие. Ведь они позволили своему «золотому мальчику» привести в дом «эту».
Я вышла в зал. Артем стоял у барной стойки с друзьями. Он был великолепен в смокинге, сшитом на заказ в Италии. Я любила его. Любила за ту легкую улыбку, которой он одарил меня полгода назад в моей библиотеке, когда искал редкое издание по архитектуре. Тогда он казался другим: внимательным, начитанным, оторванным от мира денег. Но как только я переступила порог особняка Вороновых, сказка начала трещать по швам.
— О, явилась наша Золушка, — раздался громкий шепот.
У стола с закусками стояли сестры Артема — Регина и Алина. Они были похожи на хищных тропических птиц: яркие, громкие и опасные. Регина, старшая, держала бокал с шампанским так, словно это был скипетр власти.
— Ты видела, на чем она приехала к ЗАГСу? — продолжала Алина, не понижая голоса. — На той зеленой «девятке». Я думала, такие машины уже давно сгнили на свалках истории.
— Это машина ее деда, — фыркнула Регина. — Семейная реликвия, так сказать. Единственное, что есть ценного в их роду. Представляешь, она хотела, чтобы эта колымага ехала во главе кортежа! Папа чуть инфаркт не получил. Пришлось срочно вызывать охрану, чтобы отогнали это убожество на задний двор.
Гости вокруг них вежливо хихикали. Я почувствовала, как краска заливает лицо. Та самая «девятка» была гордостью моего дедушки Матвея. Он берег ее, натирал воском, разговаривал с ней. Для меня она пахла детством, поездками на речку и счастливыми моментами, когда мы были вдвоем против целого мира.
Артем подошел ко мне, взял под руку. Его ладонь была влажной.
— Настя, ты где ходишь? Мама хочет сказать тост. Идем, и, пожалуйста, улыбайся. Ты выглядишь так, будто тебя ведут на казнь.
— Они смеются над машиной дедушки, Артем, — тихо сказала я.
Он закатил глаза:
— Опять ты начинаешь? Это просто шутки. У моих родных специфическое чувство юмора. Тебе нужно привыкнуть к уровню, Настя. Здесь не деревня, здесь светское общество.
Мы сели за главный стол. Свекровь, Ирина Павловна, женщина с безупречной укладкой и ледяными глазами, поднялась с бокалом. Зал затих.
— Дорогие гости! — ее голос тек, как сладкий яд. — Сегодня непростой день для нашей семьи. Наш сын, наша надежда, выбрал свой путь. Мы, Вороновы, всегда уважали выбор своих детей, каким бы... странным он ни казался.
Она сделала паузу, многозначительно глядя на меня.
— Настя, деточка. Добро пожаловать в семью. Я знаю, тебе будет непросто. У нас другие привычки, другой ритм жизни, другие ценности. Но мы надеемся, что ты будешь стараться. Хотя бы научишься отличать вилку для рыбы от вилки для салата. И, конечно, мы все надеемся, что ты будешь хорошей женой Артему, несмотря на то, что приданого за тобой — ни гроша.
Зал взорвался аплодисментами и смехом. Кто-то выкрикнул: «За бесприданницу!». Свекор, Петр Сергеевич, грузный мужчина с красным лицом, похлопал сына по плечу:
— Ничего, Тёма. Зато, говорят, бедные девушки неприхотливы. Будет знать свое место.
Я сидела, опустив глаза в тарелку с деликатесами, вкус которых не чувствовала. Внутри все сжалось в тугой комок. Мне хотелось вскочить, перевернуть этот стол, закричать им в лица, что я человек, что я работаю, что у меня есть диплом с отличием... Но я молчала. Я боялась потерять Артема. Я думала, что это плата за любовь.
Еди

Не забудь подписаться 👇

😇Светлые мысли, открытость и благодушие в общении, мирные намерения, дела с пользой - то к чему необходимо стремиться каждому из нас, чтобы идти по жизни с любовью...

Не забудь подписаться 👇

пока они говорили — как он адрес нашёл? Мы ведь уехали на Север в неизвестность. В квартире жили с супругой вдвоем. А нашли через нас.

Я не раз вспоминаю эту историю, когда пытаюсь сооценить то, чем я занимаюсь, с тем, что делал в мои годы батя. И никак даже близко не приближусь к его результатам. А при этой истории отец всегда скромно улыбается:
— Да…. Много таких было.

Не забудь подписаться 👇

Своего отца я с десяти лет называю батей. Потому что он так называл деда. Батя закончил Куйбышевский мед, создал семью, прошёл путь в Калмыкии от ординатора до главного врача крупнейшего района и, пережив предательство друзей, поклёпы, комиссии и, как выяснилось, «заказное» увольнение, ближе к полтиннику рванул «на Севера».

Спустя полгода вызвал маму; мне, как единственному сыну, не оставалось делать ничего, как уехать за ними в Анадырь. Спустя ещё полгода, приехала моя девушка; свадьба, наша первая с женой квартира. И вот однажды, ближе к празднованию Нового 2005-го, обнаруживаю в почтовом ящике тугой конверт. Дома вскрыли, почитали, не поняли ничего. Назавтра за ответами пошёл к отцу.

— Батя, тут открытка пришла, с опозданием на полгода. Вас с мамкой на свадьбу приглашают. Рустам и Залина какие-то.
— Дай гляну, — отец раскрыл открытку, долго смотрел на приглашение, имена, подписи. Вернул:
— Не успели, так не успели.
— Так, бать, это же в Дагестан вас приглашали, в Махачкалу! Кто это такие вообще? Тут, видел, приписано: "перелёт и проживание за наш счёт". Бать, расскажи, а!

Отец поотнекивался. Потом недолго помолчал.
— Это сторона невесты приглашала.
— Ну?
— Ну... Это было в 85–м году, под новый год как раз. Тогда аномалия случилась — всю республику снегом засыпало. На улицу выйдешь — заборов не видно, только крыши торчат. По радио объявили ЧС, корм для скота на чабанских стоянках сбрасывали с вертолётов, чтобы падежа большого не было. Дороги расчищали военные, но и их усилий не хватало.

Я работал заведующим инфекционкой; помню, что поздравлять пациентов собирались. Стою у зеркала, креплю ватную бороду, медсестры и санитарки режут салаты. Вдруг за окном с надрывным рокотом и снежным скрипом остановился КРАЗ. Ну, знаешь, грузовик здоровенный такой...
— Да знаю, конечно.
— Ну вот, мы в окно выглянули, оттуда к нам вышли двое. Через пару минут пришли ко мне в кабинет. Молодая дагестанская семья, жили и работали на чабанской стоянке, километрах в пятидесяти от райцентра. Стоят у двери, переминаются, уставшие, серые от дороги. Я их приглашаю присесть, стоят.

Начинает говорить муж:
— Валера, — говорит, — дочка умерла. Полгода всего дочке, понос был — две недели, неделю назад дышать перестала. Всё. Нам справка о смерти нужна, на святую землю повезём, хоронить будем.

Тут я заметил, что в руках он держит небольшой чемодан. Жёлтый. Ставит его на стол, раскрывает, а там грудничок лежит. Синяя вся девочка.

— Что же вы, — ругаться начинаю, — терпели до последнего? Почему сразу не привезли?
— Хотели, Валера! Не могли прорваться через снег. Вот большую машину нашли, приехали.

Я осёкся, помолчал. Достал бланк, начал вносить записи, автоматически прослушивая тело ребёнка фонендоскопом. Я не надеялся ни на что тогда. Это процедура необходимая, их вообще много. Но тут слышу — шум. Не стук сердца, как все привыкли, а шум.

— Всем тихо! — крикнул, приложил мембрану плотнее. Через две минуты в фонендоскопе снова неясное "шууууух".

Как сейчас помню, сбрасываю со стола всё, что было, чемодан этот тоже, ребенка укладываю, ору главной медсестре, та — бегом за реанимационным набором. Через минуту вгоняем в подключичку лошадиную дозу лекарства с одновременным массажем сердца. Там много всего, ты не поймёшь. Ребёнок начал на глазах розоветь, а потом вдруг как закричит... Громко так, на всё отделение...

Я ошалело смотрю по сторонам — мама её без сознания по стене сползает. Папа бледный стоит, за стол держится.

Элисту вызываю, санавиацию. Девчонку вертолётом увезли, вместе с родителями. Да ты помнишь, наверное. Они часто к нам потом приезжали, постоянно гостинцы везли.

— Дядя Рамазан?

— Да! Рамазан, точно. Ну вот. Эта Залина — дочь его и есть. Ты смотри, помнят...

В июне бате стукнуло 60. Не празднует он дни рождения, не знаю почему. Но телефон его не замолкал. Родня, коллеги звонили, пациенты бывшие, студенты его, из медколледжа, где он преподавал. Дозвонился и Рамазан, конечно. Говорили долго, за внуков, в основном. А я снова забыл спросить

— Валера, дочка умерла. Полгода всего дочке, понос был — две недели, неделю назад дышать перестала. Всё. Нам справка о смерти нужна, на святую землю повезём, хоронить будем.
Тут я заметил, что в руках он держит небольшой чемодан. Жёлтый. Ставит его на стол, раскрывает, а там грудничок лежит. Синяя вся девочка.
— Что же вы, — ругаться начинаю, — терпели до последнего? Почему сразу не привезли?
— Хотели, Валера! Не могли прорваться через снег. Вот большую машину нашли, приехали.
…Это было в 85-м году, под новый год как раз. Тогда аномалия случилась — всю республику снегом засыпало. На улицу выйдешь — заборов не видно, только крыши торчат. По радио объявили ЧС. Дороги расчищали военные, но и их усилий не хватало.
Я осёкся, помолчал. Достал бланк, начал вносить записи, автоматически прослушивая тело ребёнка фонендоскопом. Это процедура необходимая, их вообще много. И вдруг слышу..

ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Погода – она внутри.
А на улице всего лишь время года.

Не забудь подписаться 👇